Несправедливость - рулит, справедли...

Два писателя сидят, неспешно выпивают.
Вдруг один говорит:
— Представляешь, мне сегодня приснилось, что я умер.
— Ох, прекрати.
— Серьезно, приснилось. Сон же дело такое, его бояться не надо. И вот я умер и подхожу к воротам Рая. А меня привратник не пускает. Говорит, что писателям в Рай нельзя, они при жизни создавали свои миры, брали на себя роль
Творца. А это грех.
— Ну, логика в этом есть.
— Я тоже так подумал. Поэтому не стал спорить и пошел вдоль забора. И вдруг вижу, там, за райской оградой, кого бы ты думал?
— Кого?
— Тебя! Я возвращаюсь к привратнику и говорю, мол, как же так? Он писатель и я писатель. Но ему в Рай, получается, можно, а мне нельзя. Где справедливость?
И знаешь, что мне сказал апостол?
— Что?
— Перестаньте, говорит. Ну какой он нах[рен] писатель.

Воры и жулики: 238
Враги частной собстенности: 92
Мудаки-искатели справедливости: 64
Клоуны и ловкачи: 56

Наше представление о справедливости и свободе - это просто чтобы наверху пирамиды рабства был Я.

Обостренное чувство справедливости порой сильно смахивает на зависть.

Разговор в Одесской коммуналке:
- Фирочка, вы знаете, что Изя целый месяц мучал
соседей игрой на скрипке?
- И что?
- Потом, таки, приезжал доктор и вынимал скрипку
у него из жопы.
- А что потом?
- А то, что доктор потратил на это 10 минут, и где
справедливость?

Объявление.
Восстановим справедливость по фотографии.

Cоциальная справедливость: Землю - крестьянам, заводы - рабочим, нефть - нефтяникам, газ - газовикам, деньги - банкирам, долги - должникам, коммунизм - коммунистам, ацедифильное молоко -ацедифилам! Вообщем, Богу - Богово, кесарю - кесарево, слесарю - слесарево!

Боль, крики, мольбы о пощаде и справедливости. Агония и вселенская печаль. Все это умещается в три слова
"завтра на работу".

Мальчик доставал соседей игрой на скрипке по 5 часов 7 дней в неделю, а врач извлекал скрипку из попы мальчика всего 5 минут. Где справедливость, спрашивают соседи?

Рабинович проиграл процесс. Он вышел из здания суда, остановился перед крыльцом и принялся рассматривать выставленную там статую Фемиды.
- Что это за фигура? - спросил он у стоящих рядом.
- Это справедливость, - ответили ему.
- Справедливость? Ну тогда я не удивляюсь больше, что её нет внутри, если она всегда здесь торчит.