Ночь с субботы на воскресенье. Поло...

Раз пошла такая пьянка с преклонением колена, то пора уже католикам покаяться перед протестантами за Варфоломеевскую ночь, христианам перед мусульманами за крестовые походы, да и американцам перед японцами за Хиросиму и Нагасаки.

Выпила на ночь валерьянки — всю ночь снились поцелуи с каким-то усатым мужиком.
В следующий раз перед приемом валерьянки выкину кота из спальни.

- Интересно, как кроты ориентируются под землей, куда им копать?
- У них слух хороший. Они слышат, где растет морковка.
- А на фига им морковка?
- Для зрения полезно.

— Как там звучит та песня про квантовую механику?
— Какая?
— Там что-то про множественные реальности. И ещё о том, что наблюдатель формирует наблюдаемое.
— «Я оглянулся посмотреть, не оглянулась ли она, чтоб посмотреть, не оглянулся ли я»?
— Точно.

Змея Горыныча спрашивает Баба Яга.
- Ты кого больше всего боишся?
- Угадай.
- Илью Муромца.
- Нет. Здоровый, но ленивый и тупой.
- Добрыню Никитича?
- Нет. Сил много, но прямолинейный.
- А кого?
- Ивана крестьянского сына.
- Почему?
- Сам дурак, стреляет куда попало, с жабами целуется. Беспредельщик.

Тонет корабль. Боцман интересуется у капитана, что делать.
- Пессимистов и паникеров - на рею.
- А оптимистов куда девать?
- Отправим кормить акул.

По ночам Буратино разговаривал со спичками про инквизицию. Он прекрасно знал, за что сжигали еретиков и ведьм, но он никак не мог понять одного, а за что же сжигали дрова?

– Почему ты не берёшь меня никуда? – Беру. – Куда же?! Ни в кино, ни на тусовки, ни в кафе... – Ты всегда в моём сердце.

Новогодняя ночь. Подвыпивший казак возвращается из гостей, с соседнего хутора. Тропка ведёт через лес... и видит казак в лесу: под кустом, в сугробе, сидят две дивчины, горилку пьют прямо из горла... — Тю! — удивляется он, — скудова вы тута взялись, девчата, в глухомани? Чьи вы будете? — Та ничьи мы, дядько. Хочешь — сбегай за бутылкой — и твои будем! — Не! — шарахнулся казак. — Я ж вас не знаю совсем. Хто такие? — Та ладно тебе, не знаешь... Снегурки мы! Сидим тута, пургу метём!

Поезд. В купе, где едет монашка, заходит дама в шикарном норковом манто.
Монашка: - Господи! Сколько же стоит такая прелесть?
Дама: - Одна ночь любви... Снимает манто, под ним - ожерелье.
Монашка: - Господи! А сколько стоит такая прелесть?
Дама: - Две ночи любви... Дама снимает перчатки... На пальце - перстень с изумрудом.
Монашка (крестится): - Господи! А сколько же это стоит?
Дама: - Три ночи любви....
Ночь. Келья. Стук в дверь.
Монашка: - Кто там?
- Это я, отец Андре...
- Шли бы вы, отец, со своими карамельками!