Одесское предостережение:- Не дай в...

Идёт мужик и тащит в мешке дёрн. А на встречу баба с корзиной яиц. Она ему и говорит: - Мужик дай дёрну за яйца.

— Революция 1917 года произошла из-за утраты людьми веры в Бога!
— Ага, а распад СССР в 1991 — из-за утраты веры в коммунизм!

Масхадов попадает, значит на тот свет. Идет по первому этажу, встречает апостола Петра. — Скажи, уважаемый, где я могу видеть пророка Муххамеда? — Этот этаж для католиков. Иди выше — человек... На втором этаже опять докапывается до Ксении Блаженной. — Скажи женщина, где я могу узреть пророка Муххамеда? — Этот этаж для православных. Иди выше, там.... И так он три этажа проходит, Буддистов, Зороастристов, Ведических религий... Наконец поднимается в приемную Бога... Заходит к Богу в офис а там за столом такой старец с белой бородой.... — Послушай, уважаемый аксакал. Где я могу видеть пророка Муххамеда? Бог на него так смотрит с улыбкой, встает из за стола и говорит... — Ну для начала ты присядь, мил человек. Чайку хочешь? — Хочу. Бог (в сторону, небрежным жестом, куда—то за перегородки): — Эй, Муххамед! Чаю!

Винни—Пух жует булочку. Подходит Пятачок. — Винни, дай булочку укусить? — Это не булочка, это пирожок! — Ну дай пирожок откусить? — Это не пирожок, это пончик! — Ну дай пончик куснуть? — Слушай Пятачок, отстань, ты сам не знаешь чего хочешь!

— На скушай еще котлетку.
— Спасибо, ба.
— Огурчики открыть?
— Давай.
— Дай поцелую. Золотой ребенок когда накуренный!

Две овцы беседуют между собой.
– Мне кажется, что люди охраняют нас лишь для того, чтобы стричь с нас шерсть.
– Ради Бога, не смеши меня своими дурацкими теориями заговора!

Одним бог дал крылья, а другим поджопник. В принципе - и те, и другие летают. Но ощущения и перспективы разные.

ИРЛАНДСКОЕ РАГУ
Возьмите баранину, картошку, лук и три литра «Гиннеса». Выпейте «Гиннес» и уберите ради Бога эти продукты!..

Маляр красит стену дома.
К нему подходит поддавший напарник и спрашивает:
- Серега, ты за кисть крепко держишься?
- Крепко.
- Тогда я лестницу забираю.

Рабинович смотрит в театре "Марию Стюарт". Дела английской королевы идут всё хуже и хуже, и Рабинович заливается горючими слезами. Внезапно ему приходит в голову мысль:
"Боже мой, что я делаю? Я её не знаю, она меня не знает - с чего же мне так волноваться?"