Еврей пишет с фронта: — Дорогие родители, у меня все хорошо, служу у Буденного в коннице. Прошу вас прислать денег на лошадь. Здесь все ездят на своих. Ответ: — Письмо твое, сынок, не получили. Поэтому денег не высылаем. Смотри, не попади служить в морфлот, чтобы нам не покупать тебе подводную лодку.
В магазине ребёнок тянет руку к новогодним подаркам, мол, купи. На что мамаша отвечает: "Ты что, это ж только Дед Мороз может покупать, а папам и мамам это купить нельзя!" Малыш повёлся.
- Марья Андреевна, а правда, что в полиции работают карлики? - спросил Вовочка у учительницы. - С чего ты взял Вова? - Папа сказал, что ему все менты по хрен!
Маленький мальчик гуляет с папой по зоопарку и видит зебру. — Папа, смотри лошадь мелированная! — Это твоя мама лошадь мелированная, а это, сынок, зебра...
— Соня, прекрати заниматься ерундой! Не целуй кота, он таки жопу лижет! — Ой, мама, не делайте мне умное лицо! Папа тоже жопу лижет своему начальнику Арону Моисеевичу, ты же его целуешь:
Папа выходит в коридор и видит как его 4-ёх летняя дочка отчитывает щенка, по видимому за что то очень серьёзное (наверное за то что тот разгрыз очередную игрушку). Щенок карликовой таксы смотрит на девочку жалобными глазами и вдруг девочка выдаёт фразу: "ЗАПОМНИ, ТЫ - ГОВНО!!! И ТОЛЬКО СОВЕТСКАЯ АРМИЯ СДЕЛАЕТ ИЗ ТЕБЯ ЧЕЛОВЕКА!
Мальчик приходит из цирка. — Папа, там такой аттракцион был! Джигит—наездник заскочил на бегу на коня, проскользнул у него под животом, пробежал за ним сзади, держась за его хвост, а потом заскочил на холку задом наперед! — Подумаешь, сынок, я проделал все то же самое, когда в первый раз решил на лошади прокатиться!
1943 год. Убегает польский ксендз от фашистов. Бегут лесом. Все немцы отстали, один только преследует. Выбегают из лесу и вдруг вырастает перед ними стена. Поляк поднимает руки, немец прицеливается, и раздается голос с небес: - Не убивай его! Отпусти! - Почему? - Он будет ПАПОЙ! - А мне что с этого? - А ты будешь следующим ПАПОЙ.
Первоклашка, Петя Иванов, просил у папы младшего братика, поэтому в постели у отца был железобетонный аргумент: "Тома, не для себя прошу, для сына!!!".