Чапаев: - Критика, Петька, это когда рядовой боец может мне в глаза сказать всё что угодно, и ему ничего не будет. - Ничего? - Ничего, Петька! Ни коня нового, ни папахи, ни шашки, ни сбруи... Ни-че- го!
Пассажирский лайнер. 9000 метров над землей. Самолет попадает в воздушную яму… хорошенько тряхануло… крики, визги… Стюардесса: – Так, быстро все успокоились! Сели все на места! Я кому сказала… Хватит бегать и лезть на стенки! Прекратите орать! Ты, ты куда рыгаешь… Ну есть же пакетики для этого… А ты что? Ты обделался штоль? Ну как дети! Мля… так, все, сели на места, успокоились, пристегнулись! Все… хорошо… Взяли штурвалы в руки… Ну наконец-то! Пойду пока пассажиров успокою…
— Когда Зинка в 80-х замуж выходила, то радовалась, что муж всё починить может. — А что ты о ней вспомнила? — Так в гости заходила. Телевизор "Рубин", холодильник "Зил", стенка ГДРовская.
Терапевт, выписывая пациенту рецепт, монотонно бубнит под нос: - После прохождения флюорограммы, вам необходимо сегодня же посетить патологоанатома... то есть невропатолога... Поднимает глаза - пациент, весь лиловый, сползает по стенке, держась за сердце. - Нет, всё-таки патологоанатома.
Петька и Анка замаскировались под индейцев, пошли в разведку, а навстречу им белые. - Ты кто? - спрашивает белый Анку. - Я индианка! - отвечает та. - А ты кто? - спрашивает белый Петьку. - А я индипетька!
Студент консерватории снял свою первую в жизни квартиру и через неделю звонит матери и жалуется на соседей: "Одна рыдает весь день, другая лежит в кровати и стонет, а ещё есть парень, который бьётся головой о стенку". - Ты держись от них подальше, сынок, - советует мать. - А я так и делаю. Сижу целый день у себя в комнате и играю на трубе.
- Василий Иваныч, скажи честно - ты с Анкой спал? - Хм... Как мне ни больно говорить тебе об этом, Петька - спал! - Да совсем не больно! Несколько уколов и у вас тоже все пройдет! Студиоз.
- Критика, - сказал Чапай, - это когда ты, Петька, рядовой боец, можешь мне в глаза сказать все, что угодно. - А ничего мне за это не будет? - Ничего, Петька! Ни коня нового, ни шашки, ни сбруи...