Петька, а где Анка? ...

Ползут по пустыне две черепахи, одна за собой пулемет тащит. Вдруг видят — впереди караван. — Василий Иваныч! Давай их обстреляем! — На фига, Петька? — Так просто, по прикалываемся... — На фиг! Над Хоттабычем уже по прикалывались!

Маленькие хитрости. Если стенки внутри холодильника оборудовать зеркалами, то еды у вас будет в четыре раза больше.

Петька поймал белогвардейского казака и ведет его под дулом винтовки к своим. Вдруг у казака из кармана выпадает какая-то маленькая финтифлюшка и начинает противно пищать. Петька направляет на всякий случай винтовку на пленного и недоверчиво спрашивает:
- Что это за фигня такая?
- Да то брат Митька помирает...Ухи просит.

Ползёт связка альпинистов на гору. Почти долезли. Осталась ещё одна стенка. Ползут. Вдруг, срываются… Летят 100 метров вертикально, ломают руки, ноги. Кувыркаются дальше, спускают лавину. Вместе со снегом и камнями летят дальше. Чудом остаются живыми – зацепились верёвкой за камень… Висят, болтаются…
Один проводит рукой по лбу, вытирая кусочки мозгов и крови, и говорит второму…
– Не, Петрович, всё же круче, чем на работе…

Одно и то же слово написали пионер Васечкин на стенке, а писатель
Петечкин в своём новом романе. В результате: Петечкина приняли в Союз писателей, а Васечкина исключили из пионеров.

Василий Иванович и Петька попали на остров. Ничего не ели уже несколько дней. Вдруг Петька куда—то ушёл. Приходит с дичью. — Петька, ты где уток достал? — Да сбил на озере! — Чем? — Бумерангом! — А где ты его взял? — Вон там, возле дерева. — Вот что. Петька, если ты ещё хоть раз тронешь мои носки, то я с твоим галстуком на медведя пойду.

- Анка, про тебя с белыми слухи ходят, такое говорят, не стыдно тебе? - говорит Чапаев пулеметчице.
- Василий Иванович, вы же сами приказали патроны экономить, поближе подпускать!
- Анка, ну не настолько же!

- Василий Иваныч! А когда белых разобьем, кого бить станем?
- Дык, красных, Петька!
- А мы тады какие?
- А ты у Фурманова спроси!

Василий Иванович с Петькой разбирают почту.
- "Товарищу Чапаяну...", - читает Петька.
- Это из Армении, - комментирует Чапаев.
- "Товарищу Чапаидзе..."
- А это из Грузии.
- "Товарищу Чапайтису..."
- Из Прибалтики.
- "Господину Чапаеву..."
- А это еще, блин, откуда? - возмущается Василий Иванович.
- Кажется, из Москвы.
- Что, снова недорезанные буржуи голову подымают?

В одном из боёв Чапаев был смертельно ранен.
Умирая, позвал к себе Петьку и говорит ему:
- Как умру я, Петька, ты возьми мои усы и приклей их себе. Пусть помнят меня...
Петька так и сделал. А позже и с ним приключилось то же самое.
Так усы перешли к Анке. Анка тоже была ранена, но её успели доставить в госпиталь.
- Ну что, Василий Иванович, - сказал подошедший хирург. - Опухоли на груди мы вам удалили, а вот куда ваш х*й подевался - ума не приложу!