Построил прапорщик взвод и говорит:...

- Прапорщик Сидоров, я уже в третий раз застаю вас в обществе моей жены без трусов!
- Так точно, товарищ полковник. Майор говорит, что их нет на складе.

– Слушай, Изя, я знаю гениальный способ, как в ресторане бесплатно поесть.
– А ну, Абрам, рассказывай.
– Идёшь в хорошее заведение незадолго до закрытия. Заказываешь закусочку, лучшие блюда, десерт, коньяк. Когда все официанты разойдутся, последний подойдёт к тебе, а ты говоришь: «А я уже заплатил вашему товарищу, что ушёл». На следующий день пошли в ресторан. Заказывают все по полной программе и сидят. Наконец подходит последний официант:
– Извините, но пора закрывать, прошу оплатить заказ.
Абрам:
– Но мы уже вашему коллеге деньги дали.
Изя:
– Кстати, нам ещё долго ждать сдачу?

В концлагере фашисты пытали хохла - ничего его не берёт.
Ну и спрашивают у него, что он больше всего на свете не любит.
Тот, недолго думая, отвечает: "Сало". Тогда два фашиста ему руки за спину заламывают, а третий сало в рот пихает. Хохол жевал-жевал, а потом взмолился:
- Товарищи фашисты, вы лучше одын дыржи, а двое пыхайте!..

Ходили два поляка в один Нью-Йоркский бар постоянно.
Потом один из них куда-то запропостился.
Второй походил-походил и обратился в полицию - дескать, пропал человек.
- А были ли у вашего товарища особые приметы?
- Конечно, у него было две задницы.
- ???
- Каждый раз, когда мы приходили в бар, бармен говорил:
"А вот и две польские задницы пожаловали".

Поезд дальнего следования. Зима. Сибирь. В тёплом купе едет генерал из очередной проверки со своей свитой — пара полковников и майор. В купе натоплено — вышли в холодный тамбур — покурить. Поезд останавливается, выбегает проводница — "Мущщины отойдите, полминуты стоим не мешайте высадке... ", — открывает дверь... За дверью — вьюга, полустанка за метелью не видно... Фонарь одинокий мотыляется на ветру... Выскакивает в тамбур какой-то капитан с чемоданом, кидает чемодан наружу и собирается прыгать следом.
Генерал:
— Серёга? ТЫ?
Капитан, оборачиваясь:
— Колян, [дол]бать-колотить, ты-то как здесь?
— Да я вот с проверки еду, а ты-то как...?
— А сюда служить приехал, извини — поезд трогается, увидимся.
Поезд отъезжает, генерал молча курит, свита молчит...
Майор:
— Товарищ генерал, а... это кто был, простите.
Генерал:
— Да это — Серёга, в училище вместе поступали. Лучшими друзьями там были. Койки рядом стояли. От патруля меня спас однажды — на себя всё взял. Тыщу лет не виделись, а вот — свела же судьба...
Майор:
— А как же так? Вы — уже генерал, а он — капитан до сих пор?
Генерал:
— Да вот как вам объяснить? — Достаёт из кармана коробок спичек, трясёт над ухом у офицеров... Спрашивает у полковника: — Слышишь — море шумит? — Так точно, товарищ генерал.
Спрашивает у второго полковника: — Слышишь — ракушки друг об друга скрипят? — Так точно, товарищ генерал, слышу.
Спрашивает у майора: — Слышишь — русалки поют? — Так точно, товарищ генерал, слышу отчётливо, даже слова разобрать могу...
— Вот. А Серёга — них[рена] не слышит.

Два студента военной кафедры стоят, курят в туалете. Один спрашивает: — А знаешь, чем наш майор от осла отличается? Из—за спины майорская морда, ехидно: — Ну и чем же? — Ничем, товарищ майор! — Вот. То—то же у меня!

В дымину пьяный ГАИшник останавливает грузовик...
- Мужик! Я тебя уже в пятый раз спрашиваю! Что это у тебя из машины сыпется?
- Товарищ капитан! Я вам уже пятый раз отвечаю! Зима.. Гололед...
Посыпаю....

Hа международном конкурсе йогов первое место занял
товарищ Рабинович, который 73 года живет, затаив дыхание

Солдат вернулся из разведки и докладывает: — Обнаружил не разрушенный мост. — Танки пройдут? — Пройдут. — Конница пройдет? — Может, пройдет. — Значит, и пехота пройдет? — Пехота не пройдет, товарищ капитан. — Как же это может быть? — Там привязана злая собака.

Уже почти два часа майор читал новобранцам лекцию об их обязанностях перед Родиной, как вдруг заметил, что рядовой Пеночкин кимарит. — Ну так что, рядовой Пеночкин! — во всю глотку заорал майор, — почему солдат должен быть готовым отдать жизнь за Родину? Рядовой Пеночкин вскочил как ошпаренный, задумался на секунду и ответил: — Вы совершенно правы, товарищ майор. Почему?