Разговор двух приятелей в пассажирс...

Из разговора бывших выпускников школы:
- Недавно заходил в нашу старую добрую школу.
- Что-нибудь в ней поменяли: крышу, окна, двери?
- Нет, только название: теперь это - гимназия.

Армянин жалуется своим приятелям: - Вах! Ничего нэ понимаю, что в Москве происходит? Ара! Плачу за крышу и ментам, и браткам, и чиновникам, а она все равно на рынке прямо на голову падает...

Мужик на работе рассказывает приятелю:
- Вчера соседка в ночной сорочке за вечер три раза заходила - то за картошкой, то за луком, то за чесноком... У меня в квартире огород, что ли?!..

В поезде на полке лежит полная пожилая еврейка и стонет: – Как я хочу пи—ить, как я хочу пи—ить… И так полчаса. Парню, который также ехал в том же купе, надоело ее слушать, и он принес воды. Еврейка попила и стала стонать: – Как я хотела пи—ить, как я хотела пи—ить…

Разговор двух ехидных подруг:
- Посмотри-ка на эту блондинку. Видимо, пока мы стояли в очереди за мозгами, она стояла в очереди за ногами и сиськами!
- Да, - отвечает услышавшая их блондинка, - пока я стояла в очереди за красотой, ногами и сиськами, вы стояли в очереди за мозгами, но они закончились, и всё, что вам в итоге досталось, это полная жопа.

Мчится поезд. Вдруг машинист видит, что на путях стоит еврей. Неожиданно поезд сходит с рельс и через поле мчится к лесу. В кабину машиниста врывается испуганный начальник поезда: — Ты чего, с ума сошел? — Понимаете, — объясняет машинист, — еду я, вдруг вижу на путях еврей стоит... — Так и надо ж было давить его! — восклицает начальник поезда. — Я и хотел, а он к лесу побежал!

Едут в поезде хохол и русский. Решили в дурака поиграть, а карт нет.
Решили играть тем, у кого что есть. Хохол сало достал, ну а русский буханку черного хлеба.
Хохол отрезает шмат, кладет, говорит: - Туз.
Русский отрезает хлеб, говорит: - Шесть козырная - забирает и есть начинает.
Ну, хохол обалдел, думает, как бы русского теперь надурить.
Отрезает еще больший шмат, кладет, говорит:
- Туз козырный!.
Русский репу почесал, подумал, и говорит:
- Что ж делать, принял...

Поезд дальнего следования. Зима. Сибирь. В тёплом купе едет генерал из очередной проверки со своей свитой — пара полковников и майор. В купе натоплено — вышли в холодный тамбур — покурить. Поезд останавливается, выбегает проводница — "Мущщины отойдите, полминуты стоим не мешайте высадке... ", — открывает дверь... За дверью — вьюга, полустанка за метелью не видно... Фонарь одинокий мотыляется на ветру... Выскакивает в тамбур какой-то капитан с чемоданом, кидает чемодан наружу и собирается прыгать следом.
Генерал:
— Серёга? ТЫ?
Капитан, оборачиваясь:
— Колян, [дол]бать-колотить, ты-то как здесь?
— Да я вот с проверки еду, а ты-то как...?
— А сюда служить приехал, извини — поезд трогается, увидимся.
Поезд отъезжает, генерал молча курит, свита молчит...
Майор:
— Товарищ генерал, а... это кто был, простите.
Генерал:
— Да это — Серёга, в училище вместе поступали. Лучшими друзьями там были. Койки рядом стояли. От патруля меня спас однажды — на себя всё взял. Тыщу лет не виделись, а вот — свела же судьба...
Майор:
— А как же так? Вы — уже генерал, а он — капитан до сих пор?
Генерал:
— Да вот как вам объяснить? — Достаёт из кармана коробок спичек, трясёт над ухом у офицеров... Спрашивает у полковника: — Слышишь — море шумит? — Так точно, товарищ генерал.
Спрашивает у второго полковника: — Слышишь — ракушки друг об друга скрипят? — Так точно, товарищ генерал, слышу.
Спрашивает у майора: — Слышишь — русалки поют? — Так точно, товарищ генерал, слышу отчётливо, даже слова разобрать могу...
— Вот. А Серёга — них[рена] не слышит.

Лежат в реанимации трое. Один с инсультом, а двое с инфарктом. Заводится разговор кто и почему здесь:
– Да я вот в магазине работаю, только товар налево, а тут налоговая, вот и прикинулся. А ты?
– А я зав. базой. Тоже товар туда–сюда, налоговая, вот и здесь отлеживаюсь.
А с инсультом совсем никакой. Его спрашивают:
– А ты где работаешь?
– Гробовщиком.
– Ну и что?
– Вы не представляете… Несут гроб, черный, лакированный, штук 5–7 баксов, а в нём – лежит в костюме от кутюр, пальцы – все в болтах, зубы – все золотые, шея – в цепях. День не сплю, второй, третий. На четвертый решился. Откапываю, поднимаю крышку гроба, а он с*ка, улыбается всеми 32–мя зубами, и говорит – "контрольное захоронение".