Сидит Степашка, на счетах щелкает и...

В контору принята новая сотрудница с необычайно крупным бюстом.
И после этого все дела идут как попало: женщины косятся на нее с завистью, мужчины с вожделением, в общем - мысли отнюдь не о работе. Директор, наблюдая все это, с ужасом думает, что так и до банкротства недалеко.
Наконец, он вызывает ее к себе.
- Мне очень жаль, но нам придется с вами расстаться.
- В чем дело, шеф? Ко мне есть претензии по работе?
- Нет, но... видите ли, ваша грудь... Разве вы сами не замечаете? Вся контора из-за вас не в своей тарелке!
- И только-то?
- Да.
Тогда девица задирает свитер, извлекает из-под него накладную грудь и швыряет ее в корзину для бумаг.
- А теперь?
- Да... гм... что ж, работайте.
После ее ухода директор пребывает в некотором размышлении, а затем вынимает свою вставную челюсть и швыряет ее в ту же корзину:
- Ну, теперь кусайте, вам же давно этого хотелось!

- Тебе очки идут
- Спасибо за комплимент!
- А то уж совсем было глупое лицо.

Шлемензон, умирая, продаёт Рабиновичу своего белого коня всего за двести гривен. Растроганный Рабинович платит деньги и идёт в конюшню посмотреть покупку. И что же он там видит? Конь сдох! Рабинович бежит обратно к Шлемензону, но тот тоже умер.
Тогда Рабинович идёт в кафе и со слезами умиления рассказывает:
- Вы представляете, мой друг Шлемензон перед смертью продал мне своего белого коня всего за двести гривен! К сожалению, конь мне не нужен. Я готов разыграть его в лотерею: десять участников платят по двадцать гривен, выигравший получает коня.
Счастливчиком оказался Сипитинер. Он спешит в конюшню и, вне себя от злости, убегает к Рабиновичу, тот безропотно возвращает ему двадцать гривен.
- А остальные? - спрашивает Сипитинер.
- А остальные, - отвечает Рабинович, разводя руками, - остальные коня не выиграли.

Скакал принц к прекрасной принцессе. Но тут вышла баба из горящей избы и остановила коня.

Научил собаку команде "Пой рэп!". Теперь, когда я говорю ей эту команду, она почему-то начинает срать.

Принцев нет, до нас доходят одни кони...

Василий Иванович и Петька удирали от немцев. Василий Иванович зарылся в землю, а Петька нашел и надел на себя шкуру собаки. Немцы увидели собаку и бросили ей шоколадку. Собака ее съела, захохотали немцы, бросили еще шоколадку, посмеялись и уехали. Петька:
- Василий Иванович, а чего это немцы ржали?
- Петька, да ты шкуру задом наперед надел!

Впервые за три года молодой адвокат получил краткосрочный отпуск и приехал в свой родной городок в Техасе. Когда-то он встречался там с девушкой - дочерью владельца местной гостиницы. И теперь он первым делом решил зайти разузнать как у нее дела. Как только он вошел в гостиницу, сразу же увидел свою возлюбленную с двухлетним малышом на коленях - таким же рыжим, как и он сам.
- Элен! Почему же ты не написала, что ты забеременела?! Я бы сразу примчался, чтобы обвенчаться с тобой! Или это не наш с тобой малыш?
- Наш, наш, милый мой, - ответила ему Элен, - однако когда возник вопрос об отце, мы всю ночь с родителями проговорили и решили - пусть лучше в семье будет ублюдок, чем адвокат...

– Шеф тут рассказывал, как он на крещение в проруби купался.
– Ага, как премию на Новый Год выдать – так он еврей, а как яйца морозить – так сразу православный!

- Прихожу домой, а там здрасьте, "Четыре танкиста и собака".
- Кино идет или жена изменяет?