Короткие анекдоты про полку

Ночь. Купе скорого поезда. На нижней полке двое молодоженов занимаются друг другом. На верхней полке храпит командированный.
Слышны звуки:
- "чмок-чмок-чмок, чья же это попочка?"
через минуту опять:
- "чмок-чмок-чмок, да и чья же это попочка?"
через некоторое время снова:
- "... , чья же это попонька?"
С верхней полки свешивается разъяренная физиономия командированного:
- Твою мать, да когда же хозяин этой жопы найдется?!

Познакомились в баре парень с девушкой. Слово за слово, поехали к нему домой на чашечку кофе. Заводит он ее в спальню, а там полный шкаф плюшевых мишек: внизу совсем маленькие, повыше - побольше, а на самой верхней полке - самый большой.
Девушка растрогалась, надо же, думает, какой милый чудак. Легла в постель, занялись они любовью, а потом она спрашивает:
- А что это у тебя за мишки?
- Ах да, совсем забыл! Выбери себе приз с нижней полки!

Мужчина и женщина попадают в поезде в одно двухместное купе, СВ. Оба женаты. Оба стесняются, никак не могут уснуть, лежа вечером на своих полках, мужчина на верхней, женщина на нижней. Наконец, мужчина решается:
— Здесь довольно-таки прохладно по ночам. Не могли бы вы подать мне одеяло, которое находится под вашей полкой.
— У меня предложение получше, давайте на время пути вести себя как будто мы муж с женой?
— Давайте!
— Тогда бери сам свое долбаное одеяло!
Мужик охренел, потом пернул и говорит:
— Да и х[рен] с ним, с этим одеялом!..

Мужчина и женщина попадают в поезде в одно двухместное купе, СВ. Оба женаты. Оба стесняются, никак не могут уснуть, лежа вечером на своих полках, мужчина на верхней, женщина на нижней. Наконец, мужчина решается:
— Здесь довольно-таки прохладно по ночам. Не могли бы вы подать мне одеяло, которое находится под вашей полкой.
— У меня предложение получше, давайте на время пути вести себя как будто мы муж с женой?
— Давайте!
— Тогда бери сам свое долбаное одеяло!
Мужик охренел, потом пернул и говорит:
— Да и х[рен] с ним, с этим одеялом!..

Идет разбор учений десантного полка. Командир полка проводит анализ действий группы захвата:
- В целом, группа лейтенанта Тарасова действовала быстро и находчиво, однако, я отмечу три ошибки: во-первых, заданное направление было норд-ост, а не зюйд-вест; во-вторых, нужно было захватить штабной автомобиль условного противника, а не штабной автомобиль нашей бригады; и, наконец, в-третьих, нужно было аккуратно связать командный состав условного противника, а не выбивать с помощью приклада и какой-то матери зубы новому командиру нашей бригады!

Джерри прибежал к матери с разбитым коленом и попросил смазать его йодом. — Что произошло, Джерри? — Я полез в шкаф на верхнюю полку, она оторвалась, я упал и ударил колено о нижнюю полку. — Бог мой, а что тебе надо было в шкафу? — Я хотел достать клей, чтобы склеить большую вазу, что в гостиной. — Какой ужас, ты ее разбил? — Понимаешь, мамочка, я играл в гольф, и, когда ударил по мячу, он попал в зеркало над камином, разбил его, отскочил к вазе и свалил ее на пол. — Джерри, ты что, играл в гольф дома? — Нет, мама, я был во дворе, и мяч влетел в гостиную, разбив то большое окно, что выходит туда...

Умирает старый профессор. Лежит на диванчике, в кабинете, у диванчика – его старый фронтовой друг. Профессор голову приподнимает, показывает на книжные полки, висящие над рабочим столом.
– Это все – говорит – книги, которые я написал.
И голову опять на подушки роняет.
Собирается с силами, приподнимается опять, показывает на другую стену с книжными полками.
– А это – говорит – книги моих учеников.
И опять голову роняет.
– А вот помню – говорит – как в 1942 году в одной деревушке я санинструкторшу уговорил, и ничего у меня с ней не получилось, потому что сено мягкое было и у нее в него зад проваливался.
Приятель:
– Ты это к чему?
Профессор:
– Эх, все бы эти книги – да тогда ей под ж*пу…

Умирает старый профессор. Лежит на диванчике, в кабинете, у диванчика — его старый фронтовой друг. Профессор голову приподнимает, показывает на книжные полки, висящие над рабочим столом. "Это все — говорит — книги, которые я написал". И голову опять на подушки роняет. Собирается с силами, приподнимается опять, показывает на другую стену с книжными полками. "А это — говорит — книги моих учеников". И опять голову роняет. "А вот помню — говорит — как в 1942 году в одной деревушке я санинструкторшу уговорил, и ничего у меня с ней не получилось, потому что сено мягкое было и у нее в него зад проваливался". Приятель: "Ты это к чему? ". Профессор: "Эх, все бы эти книги — да тогда ей под жопу... ".

Умирает старый профессор.
Лежит на диванчике, в кабинете, у диванчика — его старый фронтовой друг.
Профессор голову приподнимает, показывает на книжные полки, висящие над рабочим столом.
"Это все — говорит — книги, которые я написал".
И голову опять на подушки роняет.
Собирается с силами, приподнимается опять, показывает на другую стену с книжными полками.
"А это — говорит — книги моих учеников".
И опять голову роняет.
"А вот помню — говорит — как в 1942 году в одной деревушке я санинструкторшу уговорил, и ничего у меня с ней не получилось, потому что сено мягкое было и у нее в него зад проваливался".
Приятель:
"Ты это к чему?".
Профессор:
"Эх, все бы эти книги — да тогда ей под жопу...".

Бабушка решила передвинуть шкаф. Три дня компостировала дедушке мозг, день они ссорились, день не разговаривали. Потом она подложила тряпочку и начала тащить его сама. Дед встал, рявкнул:
- Уйди, дура, спину надорвешь!
Позвал соседа и передвинул шкаф. Потом побежал за бутылкой соседу и распил ее с ним, на следующий день мучился с похмелья.
А потом снова наступил понедельник, и бабушка решила повесить полку. Уже предвидя, что будет дальше, полку я повесил сам. Такой обиды в глазах стариков я еще не видел! Бабушка не пилила, дедушка в субботу не пил. Сосед смотрел косо, спрашивал, скоро ли я домой. Впереди были 2 месяца в деревне. Больше я в естественный ход событий не вмешивался.

Идет русский император вдоль строя солдат:
— Как звать?
— Рядовой Лейб-гвардии Павловского полка Соколов, ваше императорское величество!
— А что, рядовой Соколов, смог бы ты убить своего императора?
— Да я же кровь свою за вас проливал, да как такое возможно…
— Ну-ну. Молодец, рядовой Соколов.— Как звать?
— Обер-офицер гренадерского Эриванского Его Величества полка Орлов, ваше императорское величество!
— А что, обер-офицер Орлов, смог бы ты убить своего императора?
— Да у меня вся грудь в крестах, я трижды был ранен, да я за своего императора…
— Ну-ну. Молодец, обер-офицер Орлов.— Как звать?
— Барабанщик Петров, ваше императорское величество!
— А что, барабанщик Петров, смог бы ты убить своего императора?
— Чем? (задумчиво) Барабанными палочками?

Слово о полку Игореве-2, все начинается с того, что полку его прибыло и разросся до дивизии, а потом корпуса, так что не всем хватало лошадиных корпусов, можно еще приплести Вещего Олега и сделать его братом, 80% все равно не разбираются, а потом уже с полагающимися приключениями типа "любовь и кровь" отпрвиться с братулькой чисто побратульски "отмстить неразумных хазарам", прибыв на место рубят в капусту "неразумных хазар", те кто успел разбежаться резко умнеют и смиренно смотрят на то, как пьяные дружинники грабят их дома и гоняются местным гаремом, а братаны в это время приколачивают....... щит на ворота, как напоминание о том, что умным быть хорошо...... а сильным еще лучше, на этом философском выводе они с гордо поднятыми головами отплывают на фоне дымящегося Царьграда.
На этом фоне идут титры. Торжественная музыка, соответствующая важности момента. В последний момент камера наезжает на берег и крупно показывает
"неразумного хазарина", который грозит вслед кулаком и сквозь выбитые зубы яростно, как чайник, шипит:"Мы еще вернемся!!!". Занавес. Можно снимать третью часть. Только в этот мы еще возьмем Илью Муромца третим, чтобы зрителю было понятно почему часть третья и чем она отличается от предыдущих

Приехал как-то в полк, в котором служил поручик Ржевский, новый полковник. Ну, стал знакомиться с офицерами. Про всех все выяснил. Спрашивает своего адъютанта о Ржевском. Тот говорит:
— Ржевский — это беда нашего полка. Он ужасный спорщик, но всегда выигрывает любой спор. С ним уже и спорить боятся. Он всех офицеров уделал. И разорил.
Ну, полковник подумал, подумал и решил с Ржевским тоже поспорить. Мол, надо поставить говнюка на место. Вызывает его к себе. Ржевский приходит, щелкнул каблуками, стоит не моргнет. Полковник и говорит:
— Слышал я, поручик, что вы всех переспорили в полку.
— Так точно!
— А меня можете?
— Так точно!
— Хорошо. Давайте с вами поспорим о чем-нибудь на 5 рублей.
— А на что ж поспорим-то, г-н полковник?
— А на что хотите.
— Ну, ладно. Давайте поспорим, что у вас, г-н полковник, геморрой.
— Давайте, — говорит полковник, а сам предвкушает победу, геморроя-то у него, как это ни странно, и не было.
Поспорили. Разбили их. Тут полковник говорит:
— Ага, проиграли вы, поручик, у меня геморроя нет!
— А дайте-ка я проверю, — говорит Ржевский.
Полковник спустил штаны. Поручик посмотрел и говорит.
— Тут что-то темновато. А пожалуйте к окошку-с.
Полковник подошел к окну.
Поручик внимательно его осмотрел и говорит:
— Да, г-н полковник, я проиграл. Геморроя у вас действительно нет.
На следующий день полковник собрал всех офицеров и радостный такой, гордый такой говорит им:
— Вчера, господа, я поспорил с поручиком Ржевским на пять рублей и обыграл его!
Офицеры сидят потупившись... Адъютант ему на ухо:
— Г-н Полковник, осмелюсь доложить... Поручик Ржевский вчера поспорил со всеми офицерами полка по 200 рублей, что покажет вашу задницу в окно, и выиграл-с...