В кабинете Мюллера:- Штирлиц, вчера...

Вот раньше на Руси какие были мужики!Нос горбинкой,х@й дубинкой-10 палок бросит ещё на руках носит!
А сейчас!? Нос картошкой,х@й гармошкой,полпалки бросит ещё на дорогу просит.
Вот раньше на Руси бабы были!Щёки румяны,глаза от любви к мужику пьяные,сиськи как дыни,осиная талия,встретит миннетом-накормит обедом,всегда приголубит,нервы мотать не будет.Пи@да узкая,волосы русые,такой 10 палок бросишь потом на руках носишь!
А сейчас!? Улыбка печальная,взгляд стеклянный,даёт кому попало,любимое слово,,Мало,,-сама как фанера,отсутствуют манеры,на пузе растяжки,целлюлит на ляжках,пи@да как корыто да ещё не брита на такую посмотришь-ничего не захочешь...

Старый советский анекдот "А сколько там той зимы" заиграл новыми красками после заявления главы немецкого сетевого агентства Клауса Мюллера, поставившего под сомнение необходимость ежедневно принимать душ.

На необитаемом острове очутились три женщины и один мужчина. Во избежание ссор, ревности, скандалов женщины решили мужчину убить и таким образом избавиться от источника возможных раздоров. Сказали ему об этом и пообещали выполнить его последнее желание.
Мужчина подумал немного и произнес всего одну фразу, после которой приговор отменили.
Что же он сказал?
А вот что: "Пусть меня убьет самая некрасивая из вас! "

Карл Маркс считал, что главный источник конфликтов между людьми - это классовые различия. Зигмунд Фрейд утверждал, что все проблемы происходят из различия полов.
И тот, и другой, похоже, никогда подолгу не работали в одном кабинете с человеком, лишенным чувства юмора.

- Какие у тебя планы на осень?
- Пить буду.
- У тебя на лето такие же планы были.
- О чем вообще можно говорить с человеком, который не видит разницу между веселым летним запоем и депрессивным осенним пьянством.

С дочкой к врачу ходили. Врач показал картинки, на которых были нарисованы корова, свинья, овца и лошадь, и попросил назвать этих животных одним словом. — Скотина! Врач посмеялся и сказал, что, вообще—то, правильно, но нужно сказать «домашние животные». Доча не раздумывая: — Это уже два слова!

Поведение Буратино резко улучшилось к зиме, потому что он знал, что у Мальвины были проблемы с дровами.

– Искали радистку, а нашли вот это, – сказал Мюллер и показал на старый скелет. – Как вы думаете, Штирлиц, сколько ему лет?
– Примерно, за сто, – ответил Штирлиц.
– Сейчас узнаю,- и, схватив останки, Мюллер ушёл…
Вернулся он часов через шесть со скелетом весь мокрый от пота, уставший, но радостный:
– Ему 105 лет 4 месяца и 2 дня!
– Откуда такая высочайшая точность? – искренне удивился Штирлиц. – Может, новые разработки в области химии? Современные открытия палеонтологов? Изобретения в анатомии?
– Нет! Нет! И ещё раз нет! Он сам сказал.

Женщина заглядывает в кабинет терапевта:
– Простите, доктор, это я не у вас только что бюстгальтер забыла?
– Нет, не у меня.
– А, ну, значит, у окулиста.