Вы слышали, Хаим уме...

Хаим приходит домой: — Сара! Ты знаешь, я подписался на займ! — А что такое займ? — Ну, это государство одолжило у меня деньги. — Ой, оно такое богатое, а ты такой бедный, зачем ты им дал? — Понимаешь, они хотят строить социализм, а денег нет. — Хаим, моя мама всегда говорила: — Нет денег — нечего строить!

Сидят два стареньких еврея в парке. Ждут третьего. Час ждут, нету. Два ждут, нету. Четыре, все равно нету. Уже темнеет, все нету. И тогда первый еврей говорит второму: — Ты знаешь, Абраша, по моему Хаим сегодня не придет. Второй: — Та, с чего ты взял? — Ты знаешь, я вчера был у него на похоронах. Он так плохо выглядел.

- Хаим, ты знаешь, твоя жена бл@дь?
- Твоя тоже.
- Да, но все-таки.

Как-то раз получил Изя телеграмму от своего брата Абрама, что их дядюшка Хаим отправился к праотцам. Пишет Изя в ответ, что приехать на похороны не может, но просит Абрама сделать для любимого дядюшки последний раз что-нибудь изысканное на похоронах, а счет переслать ему.
Через три дня получает Изя счет на 200 баксов. Оплатил он его с чистой совестью. На следущий день опять приходит счет на 200 бакеров.
Делать нечего, оплатил и его. Но когда и на следущие дни стали приходить счета по 200 долларов, Изя не выдержал и позвонил Абраму.
- Абрам, ты шо там натворил! Каждый день счета идут!
- Изя, ты же сам просил сделать для дяди что-нибудь изысканное, вот я ему смокинг напрокат и взял....!

Известный своей патологической скупостью Рабинович подходит к вратам Царства Небесного.
- Я дал нищему Хаиму две копейки! - уверяет он.
Разыскивают Хаима. Он подтверждает: да, было.
- Нищему Моне я тоже дал две копейки! - продолжает Рабинович.
Приводят Моню, и он подтверждает: да, было.
Оказывается, две копейки от Рабиновича получил в своё время и ещё один, третий нищий Изя. Изя тоже свидетельствует: да, это правда.
Тут всемилостивый Бог говорит:
- Верните Рабиновичу эти вшивые шесть копеек и гоните его ко всем чертям!

У Хаима умерла жена.
Одесса: многочисленные родственники,соседи, знакомые, зеваки.
Пришло время выносить тело, а Хаима нигде не могут отыскать.
В конце концов на чердаке толпа родственников, возглавяемая родным дядей Хаима из Жмеринки, находит вдовца в совершенно недвусмысленной позе с молодой домработницей.
Влезший на чердак первым дядя, сдерживая напирающих снизу любопытных, спрашивает:
- Хаим, у тебя такое горе, у тебя умерла жена, ты соображаешь, что ты делаешь?
В ответ Хаим в некоторой задумчивости и где-то даже прострации отвечает:
- У меня такое горе, у меня умерла жена, я не соображаю, что я делаю.

Двух старых евреев ведут по коридорам Лубянки. Один говорит другому:
- Хаим! Посмотри, у них на всех дверях написано "Вход", но почему-то нигде не написано "Выход"...

— Хаим, ты что сидишь на заборе и чешешь зад? — Полагаете, мне лучше сидеть на заду и чесать забор?!

Хаим приходит домой: — Сара! Ты знаешь, я подписался на займ! — А что такое займ? — Ну, это государство одолжило у меня деньги. — Ой, оно такое богатое, а ты такой бедный, зачем ты им дал? — Понимаешь, они хотят строить социализм, а денег нет. — Хаим, моя мама всегда говорила: — Нет денег — нечего строить!

Встречаются Хаим и Абрам, которые не виделись много лет.
Хаим:
- Абрам, я слышал, ты скоро отметишь 50-летие совместной жизни!
Что Саре подаришь-то?
Абрам:
- Помнится, на 25-летие совместной жизни я свозил Сарочку на отдых в Зимбабвe. Может, на 50-летие поеду, да привезу ее обратно....!?