Вы слышали, Рабинович умер, неожи...

- Рабинович, зачем вы распускаете слухи о том, что в могиле вашей тещи зарыт клад?
- Шоб ей и там покоя не было!

- Семён Маркович, вы слышали, Рабинович всё-таки умер!
- Да, но какие профессора таки его лечили!..

- Моня Рабинович при посадке деревьев нашел клад - кувшин золотых монет царской чеканки.
- В соответствии с законом Моня честно взял себе 25%, а остальные закопал.

Тройной юбилей известной певицы: 60 лет на сцене, 50 лет в профсоюзе и
40 лет со дня рождения.

- Рабинович, кто ваша мать?
- Родина.
- А кто ваш отец?
- У меня мама-одиночка...

У начальника тюрьмы юбилей. — Я здесь хозяйничаю уже двадцать пять лет, — обращается он к заключенным. — Думаю, мы должны отпраздновать эту круглую дату. Какие будут предложения? — А не устроить ли нам день открытых дверей? — отзывается кто—то из толпы.

- Решил уволить секретаршу, - говорит начальник инженеру.
- Почему? - спрашивает инженер.
- Да вот недавно, в день моего юбилея, встречаю ее на улице, она несет две огромные сумки. Я предложил ей помочь. Донес ей сумки до дому. Она меня пригласила на чашечку кофе. -
Так это же хорошо!
- Зашли к ней. Она вышла в соседнюю комнату и сказала, чтобы я туда зашел, когда она меня туда позовет.
- Ну это же прекрасно!
- Через пару минут она позвала, я вошел: в комнате стоял накрытый стол, за которым сидели мои сослуживцы.
- Так это же здорово!
- Но, представляешь, в каком виде я туда зашел?

— Рабинович, а шо вы имеете сказать за старость?
— Старость — это когда из половых органов остались одни глаза.
— А чтобы пооптимистичнее?
— Но взгляд твердый!

— Рабинович, что я вижу! Вы едите сало?
— Ну таки да.
— Ну какой же вы тогда еврей, если едите сало?
— А давайте спросим так: ну какое же это сало, если его ест еврей?

У палача - юбилей: тысячный клиент. Надо бы как-то отметить - побрился, причесался, новый костюм, накрахмаленный красный балахон надел, топор наточил, почистил зубным порошком
— блестит, как зеркало. Приходит на свое рабочее место и обращается к своему клиенту, ласково так, словно родному брату:
— Я тебе, как тысячному, все сделаю по высшему разряду, ничего не почувствуешь.
Сказано — сделано. Клиент, жалобно:
— Ну, кончай скорей!
— Да все уже.
— Как все, я же ничего не почувствовал.
— А ты попробуй, кивни