Я от Синагоги. - А, вы от еврей...

Ребе Рабиновичу:
- Вы с ума сошли! Зачем вы притащили в синагогу собаку?
- Ребе, это не простая собака, она же умеет петь!
Собака запела.
Ребе - восхищенно:
- О, вайзмир, она так поет, что может быть кантором в нашей синагоге!
- Ребе, я ей твержу то же самое. Так она не хочет и слушать! Только зубным техником!

Гога сидит во дворе, точит нож. Подходит Гиви и спрашивает:
- Слушай, Гоги, гдэ Валико?
- Умэр Валико.
- Когда умэр?
- Завтра умэр...

Приходит ининспектор в синагогу. Проверил все бумажки - ни к чему придратьс не может. Подходит к раввину
- Ребе, а вы свечки зажигаете?
- Да, как же не зажигать
- И что, огарки остаются?
- Нет, зачем. Отсылаем на фабрику, нам присылают одну большую свечу
- Ребе, а вот скажите, вы ж небось подметаете?
- Ну конечно, как же не подметать
- А веники, наверное, ломаются? - А что обломки, выбрасываете?
- Нет, зачем. Отсылаем на фабрику, нам присылают один большой веник.
- Ну хорошо, а вы обрезание делаете?
- Конечно.
- А обрезки выбрасываете?
- Нет, зачем. Отсылаем в фининспекцию, а нам оттуда присылают таких мудаков, как вы.

Выходит девушка замуж за религиозного еврея. Накануне свадьбы встречается она с раввином. Он ей говорит:
- Еврейская религия очень своеобразна. Мужчина и женщина все делают раздельно. Синагогу посещают отдельно, даже танцевать вместе нельзя.
Она (опустив глаза):
- А cекcом заниматься можно?
- Можно.
- А оральным?
- Можно.
- А на боку?
- Можно.
- А сидя?
- Можно.
- А стоя?
- Нельзя.
- Почему???
- Может в танец перейти.

Приходит еврей в синагогу, и говорит: ребе, можешь попросить у господа чтобы земля стала плоской, и стояла на трех китах?
- Можно. Сто шекелей и все будет сделано. Только зачем тебе это?
- Да, вот нужно уже навигационную систему ГлоНас запускать, а она только в таком режиме работает.

Рабинович пришёл в одесскую синагогу за отпущением грехов.
Но по инерции тут же украл у раввина часы.
- Скажи-ка мне, - спросил его раввин, - какие на твоей совести грехи?
- Украл часы у хорошего человека. Ребе, хотите, я их вам отдам?
- Нет, их следует вернуть тому, кому они принадлежат.
- А если он этого не хочет?
- Коли так, оставь их у себя, сын мой, и не печалься.

- Знаете, Наум Абрамович, три вещи я совершенно не выношу у вас, евреев: ваше беспорядочное хождение по синагоге, вашу громкую молитву и ваши неряшливые похороны.
- Что касается нашего поведения в синагоге, Василий Петрович, то мы чувствуем себя там, как дома. Что касается громкой молитвы, то наш Бог стар и не так хорошо слышит. А вот относительно похорон я с вами полностью согласен: таки и мне приятнее смотреть на христианские похороны...

В синагоге раввин восхваляет Господа за то, что все, созданное им, совершенно. Голос из зала: — Ребе, в таком случае, что вы скажете о моем горбе? Раввин не теряет присутствия духа: — А то и скажу: как горбун ты само совершенство!

Раввин и кюре вели беседу о том, как они поступают с собранными у прихожан деньгами. — Мы делим собранные деньги на три части, — заявил кюре. — Одну треть направляем папе в Рим, одну треть отдаем епископу и одну треть оставляем себе. — Понятно, — сказал раввин. — Мы поступаем несколько по—иному. По окончании службы, когда уже нет никого в синагоге, моя жена, два сына и я ссыпаем собранные деньги в скатерть. Каждый из нас берется за ее угол, и я начинаю молитву, затем мы подбрасываем деньги в воздух. Те из них, какие угодны Богу, он забирает себе, а те что упадут назад, остаются у нас.

Еврей рассказывает о случившемся с ним чуде.
– Иду в субботу из синагоги. Смотрю – на дороге открытый кошелёк. Деньги из него торчат. Но трогать нельзя – суббота. И уйти не могу – кошелёк же с деньгами… Вот я взмолился: "Всевышний, помоги!". И вы знаете, случилось чудо: у всех суббота, а у меня – среда.