За что купил, за то и продаю! - ...

Рабинович спрашивает у своего адвоката: — Семён Маркович, что вы скажете, если я перед самым началом процесса пошлю судье домой большого жирного гуся и приложу свою визитную карточку? — Яша, вы с ума сошли! Это же попытка подкупа, вы тут же проиграете процесс! Процесс завершился. Рабинович выиграл дело. Сияя, он подходит к адвокату сообщает: — Семён Маркович, на этот раз я не последовал вашему совету и всё—таки послал судье гуся. — Не может этого быть! — Может. Только я приложил к нему визитную карточку моего противника.

Один еврей - торговая точка.
Два еврея - банк.
Три еврея - конгресс по проблемам русского народа.

- Семён Маркович, а почему Ви таки не делаете зарядку?
- Я Вас умоляю, до завтрака рано, а после завтрака таки вредно....

Родственники заболевшего богатого еврея обращаются к доктору:
- Скажите, доктор, надежда есть? - Нет, это обыкновенная простуда.

По конституции Семен Маркович имел право на труд. Но старался не злоупотреблять им.

Крупный одесский предприниматель, к своему несчастью, заказал художнику-новатору картину, представляющую переход евреев через Красное море.
Художник долгое время не отзывался, наконец, после неоднократных напоминаний, явился с огромным холстом, покрытым сверху донизу одной и той же краской цвета морской волны.
- Что это такое? - удивился заказчик.
- Красное море.
- А где же войска фараона?
- Утонули.
- Ну, а где, чёрт возьми, евреи?
- Уже прошли.

В кабинете частного одесского стоматолога.
- Ой, Семён Маркович, шо вы так кричите? Пожалейте мне нервы! Я ещё даже не дотронулся до вашего зуба!
- Да, Борис Наумович, но вы таки наступили мне на мозоль!..

- Семён Маркович, а почему вы не женитесь, ведь уже третий год вдовствуете?
- Не могу найти женщину с астмой.
- ?!
- Таки после Сарочки столько лекарств осталось...

Два еврея крепко повздорили, ссора закончилась вызовом на дуэль.
Утром следующего дня один ждёт другого с пистолетом. Проходит полчаса, час, полтора, а второго дуэлянта всё нет. Наконец, появляется посыльный с запиской:
- Фима, я задерживаюсь, не жди меня, начинай стрелять.