Она рыжая и кайфует. Жизнь видит сквозь линзы, пьет кофе ароматный, слушает оглушительно громко музыку, рыжей не требуется принц на белоснежном авто. Такие девушки – совершенно другие.
Боли нет, она замаскирована под равнодушие. Улыбаешься и говоришь: ты безразличен мне! Лишь одной маме известно, чего стоит любимой дочери казаться сильной.
Теперь нет ни юношей, ни молодых девушек; двадцатилетние старики и старухи устало бродят по свету, обдумывая пользу жизни, расследуя порок и насмехаясь над чувствами.