Мне хочется процитировать Николая Н...

Один грузин рассказывает другу: — Понимаешь! Был у врача, а он мне говорит: "Пить нельзя! Курить нельзя! С женщинами нельзя!" — Бедняга! — сочувствую друг. — Да какой я бедняга? Дал ему денег... он мне все и разрешил! Так давайте же выпьем за богатых людей!

Сквозь все невзгоды и бури ты шла рядом со мной и крепко держала за руку. Мамочка, ты моя самая большая поддержка и главный ангел – хранитель. В мире, наверное, еще не придумали тех слов, которые могли бы выразить всю мою любовь к тебе. Ты бережно носила меня под сердцем девять месяцев, помогала сделать первые шаги и учила говорить первые слова. Ты крепко держала мою маленькую ручку, когда я боялась идти в школу, вытирала мои слезы, когда я получила первую двойку, ты никогда не осуждала, а только помогала не только советом, но и делом. В твой день рождения я хочу пожелать тебе огромного счастья и здоровья, вся наша семья любит тебя, ценит и знает, что наша мама лучше всех на свете. Береги себя, родная, ведь впереди еще так много нового и интересного.

у женщины должно быть четыре зверя: песец на шее, ягуар в гараже, тигр в постели и козел, который за все это платит! Так выпьем же за четырех зверей!

Девушки—химики пьют до выпадения в осадок. Девушки—медики пьют до потери пульса. Так выпьем же за девушек—физиков, которые пьют до потери сопротивления!

Жила—была девушка несравненной красоты, но у нее не было ни мужа, ни жениха. Дело в том, что рядом с ней жил мудрец, и он сказал: — Тот, кто решится поцеловать красавицу — умрет! Все знали, что мудрец никогда не ошибался, поэтому сотни отважных джигитов глядели на девушку издалека, не решаясь даже подойти к ней. И вдруг однажды появился юноша, который с первого взгляда, как и все остальные, влюбился в красавицу. Но он мгновенно перелез через ограду, подошел и поцеловал девушку. — Ах! — вскричали джигиты. — Сейчас он умрет! Но юноша поцеловал девушку еще раз, и еще. И она тут же согласилась выйти за него замуж. — Но как же так?! — воскликнули остальные джигиты. — Ты, мудрец, предрекал, что поцеловавший красавицу — умрет?! — Так и будет, — ответил мудрец. — Но я никогда не говорил, что это случится тотчас. Он умрет когда—нибудь потом, когда после многих лет счастливой жизни придет его срок. Так выпьем за тех, кто умеет внимательно слушать. Даже такие длинные тосты!!!

Востока мудрость так гласит:
Лишь тот свой возраст победит,
Кто раз в году, собрав друзей,
Нальёт бокалы пополней,
И выпьет он не за года,
Что улетели навсегда,
А выпьет он за каждый год,
Что в будущем к нему прийдет,
И чем полней и чаще пить,
Тем можно больше лет прожить!

Выпивает теплый коллектив грузин, тосты по кругу. Один встает: — Я хачу выпить за нашего Дато. Вот это настоящий мужчина: он может выпить подряд три рога вина и палюбить троих женщин. Второй: — Я хачу выпить за нашего Гоги — вот это настоячий мужчина: он может выпить подряд дэсять рогов вина и палюбить дэсятерых женщин. Встает третий, скорбно глядя в пол: — А я предлагаю выпить за Владимир Ильич Ленин... Я не знаю, сколко он мог выпить вина, и не знаю, мог ли он ваабще палюбить женщин, но толко настоящый мужчина мог так отомстить за смерть своего старшего брата. Так выпьем же за настоящих мужчин.

Женщины, как ромашки, они такие же: Р – романтичные, О – очаровательные, М – молодые, А – ангелочки, Ш – шаловливые, К – красивые, И – изысканные. Выпьем за ромашки, украшающие наш стол!!!

За здоровье раненых,
За свободу пленных,
За красивых девушек
И за нас, военных!

По свету странствовали два монаха — убеленный сединами старец и юноша. Однажды их путь преградил бурный горный поток. Занятые размышлениями о том, как преодолеть возникшую преграду, они не заметили, как к ним приблизилась женщина: — Добрые люди, помогите мне перебраться на ту сторону реки, там мой дом, мои дети. Юноша сразу отвернулся, накинув капюшон на голову, ибо монашеский обет запрещал не только говорить, но даже смотреть на женщину. А старец, ни слова не говоря, взял ее на руки и перенес на другой берег. Продолжив свое странствование, молодой монах много дней не решался заговорить о происшедшем. И старец нарушил молчание сам: — Тебя что—то гложет, сын мой. Поведай мне свои мысли. — Учитель, Вы же сами мне говорили о суровом монашеском обете. А та женщина... — Полноте, — прервал его старец. — Знай же — я оставил ту женщину там, на берегу, а ты ее несешь в себе до сих пор. Я поднимаю бокал за то, чтобы мы помнили только хорошее и не несли в себе груз обид и разочарований!