В древности мужчина до тридцати лет...

Тридцать лет достойны тоста — Возраст истинного мужа, Чтоб тебе и в девяносто, И до ста жилось не хуже, Чтобы твой колодец дачный Выдавал фонтан коньячный, Чтоб икра росла на ветке, Зрели доллары на грядке, Чтоб ждала тебя в беседке Дева цвета шоколадки, Чтоб фортуна улыбалась, Чтоб спина не прогибалась, Чтобы все, что пожелалось, На два счета удавалось.

Юноше явился волшебник и поставил перед ним два мешка. Один из них был полон денег, другой — мудрости. Волшебник промолвил: — Выбирай, один из них будет твой. Юноша думал долго и, наконец, взял мешок с мудростью. И сразу стал умнейшим и мудрейшим из всех живущих на земле. Прознав об этом, к нему стали стекаться со всего света те, кто хотел познать Великую Истину. И они спросили у него: — О, мудрейший из мудрейших и величайший из великих, скажи нам главное, поведай нам великую мудрость, что станет притчей во языцех. И мудрец промолвил: — Да, ребята... Деньгами брать надо было! За мудрый выбор!

Жила—была девушка несравненной красоты, но у нее не было ни мужа, ни жениха. Дело в том, что рядом с ней жил мудрец, и он сказал: — Тот, кто решится поцеловать красавицу — умрет! Все знали, что мудрец никогда не ошибался, поэтому сотни отважных джигитов глядели на девушку издалека, не решаясь даже подойти к ней. И вдруг однажды появился юноша, который с первого взгляда, как и все остальные, влюбился в красавицу. Но он мгновенно перелез через ограду, подошел и поцеловал девушку. — Ах! — вскричали джигиты. — Сейчас он умрет! Но юноша поцеловал девушку еще раз, и еще. И она тут же согласилась выйти за него замуж. — Но как же так?! — воскликнули остальные джигиты. — Ты, мудрец, предрекал, что поцеловавший красавицу — умрет?! — Так и будет, — ответил мудрец. — Но я никогда не говорил, что это случится тотчас. Он умрет когда—нибудь потом, когда после многих лет счастливой жизни придет его срок. Так выпьем за тех, кто умеет внимательно слушать. Даже такие длинные тосты!!!

По свету странствовали два монаха — убеленный сединами старец и юноша. Однажды их путь преградил бурный горный поток. Занятые размышлениями о том, как преодолеть возникшую преграду, они не заметили, как к ним приблизилась женщина: — Добрые люди, помогите мне перебраться на ту сторону реки, там мой дом, мои дети. Юноша сразу отвернулся, накинув капюшон на голову, ибо монашеский обет запрещал не только говорить, но даже смотреть на женщину. А старец, ни слова не говоря, взял ее на руки и перенес на другой берег. Продолжив свое странствование, молодой монах много дней не решался заговорить о происшедшем. И старец нарушил молчание сам: — Тебя что—то гложет, сын мой. Поведай мне свои мысли. — Учитель, Вы же сами мне говорили о суровом монашеском обете. А та женщина... — Полноте, — прервал его старец. — Знай же — я оставил ту женщину там, на берегу, а ты ее несешь в себе до сих пор. Я поднимаю бокал за то, чтобы мы помнили только хорошее и не несли в себе груз обид и разочарований!

Не люби холостого: до сих пор не женился и на тебе не женится. Не люби разведенного: с первой развелся и с тобой разведется. Не люби вдовца: первую в гроб вогнал, и ты там же окажешься. Люби женатого: жену любит и тебя любить будет! Выпьем за женатых мужчин!

Году год идёт на смену, Ускоряет время бег. Происходят перемены И взрослеет человек. Появляются морщины. Это нам не избежать. Не причина для мужчины Из—за этого страдать! Соберёмся, как когда—то, Стариной тряхнём опять. Ведь особенная дата — Славный возраст 55!

От юбилеев в жизни не уйти, Они настигнут каждого, как птицы. Но главное — сквозь годы пронести Тепло души, сердечности частицу.

Да, мужчина — капитан житейского корабля. Но сам этот корабль находится в руках женщины. И беда, если ее руки будут дрожать. Так выпьем же, мужики! Выпьем, не оставив женщинам ни капли! За женскую трезвость и мужскую самоотверженность!

Один крестьянин пошел пахать свою землю и нашел сундук с золотом. И он подумал: «Я с удовольствием обрабатываю свое поле, каждый год имею урожай и с этого мы семьей живем, ни в чем не нуждаясь. Мне не нужно это сокровище». И закопал туда, где нашел. Так выпьем же за то, чтобы свое всегда было дороже чужого.