Иван Царевич рассказывает:- Целовал...

Петька с Фурмановым спрашивают у Чапаева:
- Василий Иванович! А ты чего это в сапогах спать ложишься? Боишься, что портянки сопрут?
- Нет, боюсь, что к утру мы от них задохнемся!

Петька врывается к Чапаеву.
- Василий Иванович, только что наши захватили Али Бабу и сорок разбойников!
- Разбойников расстрелять,а бабу ко мне.

Поселили чукчу в новом доме на девятом этаже, и спрашивают у него - как вам живется?
Тот говорит:
- Ху..во, ноги болят на девятый этаж подниматься.
- Так тут лифт есть, - ему говорят.
- Ну так там табличка висит "4 человека", так это пока еще троих дождешься.

Змея Горыныча спрашивает Баба Яга.
- Ты кого больше всего боишся?
- Угадай.
- Илью Муромца.
- Нет. Здоровый, но ленивый и тупой.
- Добрыню Никитича?
- Нет. Сил много, но прямолинейный.
- А кого?
- Ивана крестьянского сына.
- Почему?
- Сам дурак, стреляет куда попало, с жабами целуется. Беспредельщик.

- Братаны! Кто тут у вас в городе все решает? От кого все зависит?
- Решает мэр. Но от него ничего не зависит!

Прапорщик построил роту и объявляет солдатам:
- То, что я вам сообщу, обрадует и расстроит одновременно. Сперва весть радостная. Сегодня на ротных учениях к марш-броску темп будет задавать рядовой Слабоходов. Солдаты радостно загудели: Слабоходов был толстяк и бегал крайне неловко.
- Теперь ребята, небольшое огорчение. Темп роте рядовой Слабоходов будет задавать на моем мотоцикле. Вам все ясно?

Красная Шапочка:
- Мама, мама! Я тут к бабушке пошла через лес, а там дровосеки, увидели мою красную шапочку, и стали ко мне всячески сексуально домогаться и приставать!
Мама, сдергивая с девочки красную шапочку:
- Дровосеки, говоришь... Посиди пока дома! Мама быстро!

Одесса, "Привоз", рыбный ряд. Тётка:
– Бички́! Бички́!
Приезжий:
– Правильно – "бычки".
– Правильно – "Neogobius fluviatilis", малохольный, а бычки докуривал ваш папа в детдоме, когда я уже тут бички торговала.

Знаете ли вы, что компас изобрел поляк,
единственный уцелевший после памятной встречи с Иваном Сусаниным.

Господь Бог и Ной на ковчеге собрали всякой твари по паре, стоят в ожидании и тут Ной говорит: — Что—то долго нет черепахи, может не стоило посылать за ней улитку?