Петрович, ты куда это на тракторе...

Змея Горыныча спрашивает Баба Яга.
- Ты кого больше всего боишся?
- Угадай.
- Илью Муромца.
- Нет. Здоровый, но ленивый и тупой.
- Добрыню Никитича?
- Нет. Сил много, но прямолинейный.
- А кого?
- Ивана крестьянского сына.
- Почему?
- Сам дурак, стреляет куда попало, с жабами целуется. Беспредельщик.

Лето. Муравей в лаптях, рубашке, перетянутый ремешком тащит бревно. Мимо пролетает стрекоза, ceкcапильная в мини-бикини. Муравей: Стрекоза, куда летишь?
Стрекоза: На пляж, позагораю.
Муравей: Ну, ну басенку то помним.
Осень. Муравей в кирзовых сапогах, фуфайке, кепке тащит бревно, мимо опять стрекоза в кожанном пальто, навороченная.
Муравей: Стрекоза, куда летишь?
Стрекоза: Да прохладно уж стало, полечу на Канары, отдохну, позагораю.
Муравей: Ну, ну.
Зима. Муравей в валенках, тулупчике, шапке ушанке тащит бревно. Мимо стрекоза в норковом манто, расфуфыренная.
Муравей: Стрекоза! Куда ты?
Стрекоза: В клуб, там сегодня вечер литераторов, полечу потусуюсь!
Муравей: Крылова увидишь?
Стрекоза: Ну, может и увижу!
Муравей: Так передай, что он муд@к!

А вы слышали легенду о знаменитом Женском Корабле, где не только все пассажиры были женщинами, но и вся команда, начиная от капитана и заканчивая юнгой?
Не удивлён, если не слышали. Нет, это вовсе не печальная история и корабль не утонул сразу же, как вышел из порта. Он до сих пор в порту, а женщины продолжают обсуждать кто там должен командовать и куда им плыть.

Сметана спрашивает у простокваши:
- Как тебе наши мужчины?
- Кефир постоянно какой-то кислый, а в йогурте мало культуры.
- А молоко?
- А это вообще не мужик и не баба, еще и постоянно куда-то сбегает.

– Дорогой, куда ты меня поведёшь на майские праздники?
– Поедем к твоей маме!
– А на Новый год?
– Приеду, заберу…

- Слушай, а давай мы с тобой начнём всё сначала, забудем всё плохое, что было между нами - обиды, ссоры, непонимание, взаимные упрёки?
- Да ты рехнулся, Петрович, в пятый раз забор перекрашивать?!

Старого летчика спрашивают:
- Петрович, тебе же 65, слепой, глухой, как же ты летаешь?
- Да чего там, меня же жена на работу привозит, а там штурман встречает, взял под руку и повел медконтроль проходить, ну и полетели.
- Как это? А взлет? Это же сложно! Все-таки ИЛ-62.
- Да чего там, дал ему газ он сам взлетает.
- Ну а МОСКВА-ХАБАРОВСК это же хрен знает куда.
- А штурман для чего? Он мне говорит "Петрович-вправо", "Петрович-влево", долетаем, короче.
- Ну, а посадка?
- Почти все автоматика, конечно на конечном этапе я беру штурвал в руки и жду когда второй пилот скажет: "Сейчас эта слепой хрыч нас убьет!". Вот тут я плавно добираю штурвал на себя.

В общаге:
- Ты куда ушел? Твоя еда уже частично приготовилась.
- В смысле частично?
- В смысле сгорела нахрен!

Сидят в учительской учитель биологии и учитель трудового воспитания. 'Биолог' читает что-то усиленно, 'трудовик' скучает, не знает, чем заняться. Вдруг, встрепенувшись, спрашивает у 'биолога': "Петрович, ты ж ботаник, а как клубника размножается?" Петрович, с трудом отрываясь от чтения, задумчиво и тихо: "Усами..." 'Трудовик', офигевши: "Да-а-а, нам до этого еще далеко..."

Бабка собирается приготовить ужин себе и деду на газовой плите. Но из-за утечки газа происходит взрыв, и их обоих вышвыривает из дома мощной взрывной волной. Бабка с дедом получают ранения различной степени тяжести, соседи тут же вызывают «скорую», и та увозит обоих в больницу.
По дороге дед видит, что бабка едет с улыбкой на лице. Испугавшись, что она может быть в шоке, он спрашивает:
- Эй… с тобой все в порядке? Ты что улыбаешься?
- Да как подумаю, что мы с тобой впервые за столькие годы хоть куда-то едем вместе…