Идут евреи за Моисеем по пустыне. Жарко. Посмотрел на них Моисей и спросил: "Ну что, тяжело идти? " Они: "Да, рэбе, тяжело". Моисей: "А ведь я вам сто раз говорил: прежде чем бежать из египетского плена, обменяйте золото и серебро на бриллианты! "
- Моисей Аронович, может быть, отбросим формальности и будем на « ты»? - Роза Марковна, не гоните лошадей, лучше подайте мои трусы! - А, где же они? - На полу под вашим лифчиком!
По кладбищу гуляют три еврея: — Я бы лёг в могилу рядом с ребе Зусьманом, душевный был человек! — А я бы хотел быть похороненным рядом Моисеем Рабиновичем, великий был человек! — А я бы лёг с мадам Кац — Так она же ещё жива и молода? — О!
- Здравствуй, малыш! Твой папа дома? - Таки мне надо знать, кто вы такой? - В каком смысле? - Если вы из налоговой, то папа пошёл собирать бутылки, шоб нас прокормить. Если вы Яков Моисеевич, которому папа должен денег, то папу два дня назад похоронили. А если вы Марк Ефимович, который должен папе, то он таки дома.
- Соня, прекрати заниматься ерундой! Не целуй кота, он таки жопу лижет! - Ой, мама, не делайте мне умное лицо! Папа тоже своему начальнику Арону Моисеевичу жопу лижет, но ты же его целуешь...
Телефонный звонок в квартире Якова Моисеевича Гольдштейна. На том конце провода милый женский голос: - Простите, это квартира Семёна Петровича Бондаренко? - Ви даже себе не представляете, девушка, как ви ошиблись номером!
К Рабиновичу в дверь постучал соседский мальчик: - Яков Моисеевич, к нам приехали гости, папа просит у вас штопор. - Хорошо, Фима. Скажи папе, что я сейчас переоденусь и сам принесу.