Одна дома. В пижаме, тапок служит микрофоном, пою во весь голос, в наушниках… Начинаю плясать, оборачиваюсь — в дверях стоит вся семья и умирает от смеха.
;Твои люди остаются с тобой, как бы ты ни ныл, каким бы ором ни орал, как бы ни пропадал. Они просто есть, они рады тебе открыть дверь протянуть руки, разделить бутерброд.
Правыми считаем тех, кто уверен, что очи станут видеть скрытое, когда промываются слезами боли, либо счастья. Мир заиграет новыми красками, отчетливо проявятся недостатки, когда прольются слезы, вызванные смехом или юмором.