Пропали две девочки 15 и 17 лет. Ушли гулять и не вернулись, родители забили тревогу. Спустя три дня мать той, что младше, вышла из дома утром и обнаружила на траве то, что осталось от тела: голова, рука и отдельно тело. На крик прибежал отец и соседи, которые вызвали полицию. Это был мой первый вызов, я думала, что готова ко всему этому и смогу отлично справиться. Когда мы приехали, и я мельком увидела части тела, у меня сразу же закружилась голова, но я смогла взять себя в руки и пошла к родителям. Я должна была им помочь, но как только увидела ревущую мать, отца в состоянии шока, качающегося из стороны в сторону, мне стало смешно. По лицу начала расползаться улыбка, и я еле сдерживалась, чтобы не заржать в голос. Чтобы прекратить это, я впилась ногтями себе в лицо, но продолжала улыбаться и не могла остановиться. Мой коллега это заметил и сделал работу за меня, пока я ржала на улице и ревела одновременно. Это был мой первый и последний припадок на работе. Сначала я пила сильные таблетки, а потом стала относиться к этому более равнодушно и не нервничала. Вторую девочку нашли живой спустя 3, 5 месяца, но покалеченной — ей удалось сбежать. А тот, кто сделал всё это, повесился ещё до ареста.