Кто-то мне сказал, что здоровые люд...

Адвокат. Приходит новый клиент - вопрос по взысканию долга в судебном порядке. Поставил жесткое условие: за полгода справиться нужно. Поинтересовался почему именно такой срок. Говорит диагноз мне поставили, онкология. С таким диагнозом и на этой стадии - срок жизни дали не больше 6 месяцев. Сначала с жалостью на него смотрел, а потом понял - счастливый человек. Он хоть точно знает сколько ему осталось жить. Без всяких иллюзий.

На летних каникулах в деревне у бабушки мы с двоюродной сестрой развлекались тем, что ночами надевали черный резиновый плащ-дождевик, брали косу в руки и стояли на дороге в свете фар проезжающих машин, надвинув капюшон на лицо. Никто ни разу не остановился. А вот проходящие мимо люди порой убегали! Самое сложное в этом деле было сдержать смех.

В 10 лет нашла за диваном презик, думала брата, перепрятала в шутку. Оказался отчима. Он его не нашёл, обманул маму, она забеременела в 40 лет четвёртым. Сделала аборт, а мне до сих пор невыносимо стыдно.

На работе можно и вздремнуть, и покривляться, и побеситься — атмосфера неофициальная. Коллектив дружный, но есть одна история, вспомнив которую, все могут разругаться в салат или даже подраться. Однажды во время уборки кто-то выкинул коробку с книгами. Со всеми книгами, которые удалось найти. Просто вынесли на помойку. Люди делятся на два непримиримых лагеря: те, кто кричит, что это всё потому, что нефиг раскидывать, вы не у себя дома; и те, кто считает, что выбросить книгу просто аморально.

Работала вожатой. На одной из смен попался сложный ребёнок. Матерился, дрался, выбегал голышом из душа. Мы с напарницей настрадались. Но запомнился один случай. В лагерях нельзя, чтобы девочки находились в комнатах мальчиков и наоборот. Захожу. Мой подопечный лежит в обнимку с девочкой (11 лет). Пришлось брать за ноги и убирать с кровати. Ситуация — я качу ребёнка по полу, держа за ноги, и в это время он, указывая пальцем на девочку, начинает петь: "Крошка моя, я по тебе ску-ча-ю..."

Съехала от родителей и почти год живу одна. Искренне не понимаю людей, которые спрашивают, а не скучно ли мне одной, не одиноко ли, и почему я замуж не хочу. Полная вседозволенность — вот это кайф. Я имею возможность делать что хочу и когда хочу. Хочешь мужиков водить — води, лень готовить ужин — не готовь, загулялась допоздна — да хоть вообще не приходи, хочешь горланить песни во все горло — да пожалуйста. Я вовсе не устраиваю оргии в своем холостяцком гнездышке, не питаюсь фастфудом и не мешаю соседям спать. Мне просто важен сам факт наличия такой возможности. Вещи стоят там, где я их поставила, нет нужды ни под кого подстраиваться, мой дом — мои правила. Наверное, я жуткая эгоистка, но это — мое счастье.

На работе клеилась замужняя дамочка, после очередного домогания прямо сказал НЕТ. При этом я счастливо женат. Она в начальниках, стала угрожать увольнением. Работа очень высокооплачиваемая, поговорил с женой. В итоге зазвал мадам домой с целью повеселиться и, когда она прискакала, мы с женой ее раздели догола, засняли видос и вытурили в таком виде за дверь. На работе отдал вещички... Теперь у неё язык в жопе, ходит ниже травы, тише воды, мразина.

Лет двадцать назад бежал Московский международный марафон мира впервые в жизни, 42 км. Жара +30, народу 17 тысяч человек. Правду говорят, что марафон начинается после 30 км. Всех родных вспомнил, насмотрелся разного, но самым эпичным стало зрелище, как один мужик запрыгнул в кусты посрать, но не учёл, что они в центре Москвы подстрижены на полтора метра: вверху зелень, а внизу голые тонкие стволы. Снял он трусы и как выдал струю поноса! Хорошо хоть, что бегунов не смыло ударной волной!

Уж не помню, чем болела в детстве, но мне дома курсами делали уколы внутримышечно. Была я очень нервной, психованной и никакими уговорами нельзя было убедить или отвлечь. В итоге пристёгивали ремнями к гладильной доске, папа держал за руки, бабушка - за ноги, а мама делала укол. А соседи на потом спрашивали, кого у нас пытают.

Когда-то меня отправили в лагерь, и денег с собой дали. А там оказался автомат с газировкой. Те, кому женег не дали, постоянно просили одолжить. С третьего человека начала записывать долг вдвое, предупредив должника. Ибо нефиг.