Стараюсь терпимо относиться к тотал...

Года три назад у меня на шее выступило покраснение размером в копеечку, чесалось сильно, не проходило, я испугалась, и пошла в местную поликлинику к кожвенерологу, тот посмотрел, прописал кучу мазей и лекарств, напугал, что если не принять курс лечения, то это пойдет дальше, и указал даже адрес "самой дешевой" аптеки в городе. Пошла и купила все лекарства, обошлось все в 20 000 рублей. Офигела конечно, последнее отдала, но купить пришлось. Месяц мазалась, результата ноль. Креснеть стало еще больше. Позже узнала, что владелец этой аптеки оплачивает некий процент врачам. После безрезальтатного лечения сестра уговорила пойти к знахарке, я в них не верю, но все же пошла. Знахарка посмотрела, достала книгу на арабском, велела закрытыми глазами открыть страницу. Долго и упорно читала что то на арабском и начала переводить. Оказывается это у меня порча! Навела какая то женщина. Порча на смерть, и с этим шутить нельзя. Надо срочно лечить, ато сгнию вся к чертовой матери. Спрашиваю, как лечить? Опять читает книгу и говорит, нужно из другой страны заказать книгу, и читать ее 40 дней, но книгу эту дадут только в аренду, а аренда стоит 300 тыс рублей. Офигеть! Вот деньги делает народ. Я откровенно послала ее на три буквы! Наслышалась проклятий и ушла. Дома зашла в интернет, (и почему только я раньше не додумалась) там кто то посоветовал натирать спиртом. Купила в аптеке спирт. За 2 дня и следа не осталось! До сих пор в шоке от нашего народа, кто как может выживает, кто как может деньги делает.

Как-то в метро на эскалаторе наевала куртку - довольно неудобно это делать, когда народ со всех сторон толпится. Так вот, наблюдая мои мучения, мне помог парень сзади: придержал ее как пальто в театре. Было невероятно приятно и удивительно.

За всю свою жизнь не помню ни одного случая, чтобы мои родители ругались. Сейчас им 51, а мне 24, живу не с ними. Приехала в гости. Папа на работе, встретила мама, и заговорщическим голосом выдаёт: "А мы с папой поссорились!". Ну я давай расспрашивать чего, как, почему, а она улыбается. В общем, Достоевского они не поделили: папа не хочет соглашаться с ним, что русский народ - народ спаситель, а мама эту идею отстаивает. Вечером, как папа с работы придёт, устроят за ужином дебаты. Всем бы такие ссоры, ей-Богу)

Работаю в open space. Больше 20 человек в замкнутом помещении постоянно, работа нервная, иногда народ ругается просто от напряжения. Есть у нас один коллега, он умеет гасить конфликты в зародыше. Одному молча принесёт и поставит на стол чашку чая, другого за шкирку утащит подышать воздухом, скажет пару фраз ни о чём, и сразу так спокойно... На этой неделе он уходит в отпуск, и мне страшно идти на работу.

В детстве дочка в морозные зимы очень любила грызть сосульки, причем не только на улице. Дома замораживала в разных емкостях лед, и грызла с таким удовольствием - конфеты были не нужны. На улице по ее просьбе всегда покупала мороженое и наблюдала за удивленными лицами прохожих. Смотрели на меня как на врага народа. Горло у ребенка никогда не болело.

Знакомая предложила созвониться по видеосвязи с каким-то мужиком, чтоб тот заговорил моей дочке ожог. Это, конечно, здорово, что и до сектантов дошёл прогресс, но я послала её и пошла в аптеку. А ведь народ ведётся. Заговор ожогов по скайпу, снятие порчи по смс, онлайн медитации...

Заселились в отель с аквапарком. Ужин плотный и на горки. После третьего спуска понимаю, что ужин надо было бы пропустить. Вылезаю из бассейна, облокачиваюсь на перила и понимаю, что надо пукнуть. Пукаю. Ну, это я думала, что будет просто пук. Но нет, организм решил по другому. Раздаётся ВЗРЫВ. Хорошо вода громко шумит и народу уже мало к вечеру. Плавки живы и на месте. Думаю - пронесло. АН НЕТ. Вся жопа в говне, аж на спину занесло. Хорошо, что не в воде в бассейне, Господи!!!

Недавно я стала свидетелем того, как мужчина избивал девушку на улице. Было десять утра, когда вокруг полно народу, и мужчина, абсолютно не стесняясь, лупил её по лицу. Она даже не сопротивлялась, только беззвучно плакала. И никто, совершенно никто не вступился за неё. Я бегала, как сумасшедшая, и просила помочь хоть кого-то из парней, потому что мужик под два метра ростом и весом, наверное, под центнер. Куда уж мне с моими 157 см и 49 кг... И никто даже внимания на них не обращал. "Бытовуха", — сказал мне мимо проходящий парень. Это был последний день, когда я вышла из дома без перцового баллончика.

В школу ездила на автобусе. Час пик, весна, уже жарко днём, но все в куртках. Ехать далеко, кое-как протиснулась на место у прохода, надо мной девушка стоит. То ли от жары, то ли укачало — девушку начинает тошнить. До двери далеко, толпа народа, ее тошнит в кулак... и она это глотает обратно. Прямо над моим ухом — краем глаза всё это вижу. И едет дальше, как ни в чем не бывало. Лет 15 не могу забыть это.

Как же сложно, когда традиции не позволяют нам быть вместе. Мы знаем друг друга с первого класса, а за последние семь лет поняли, что не сможем друг без друга. Но его родители против только потому, что мы с ним ровесники. Традиционно у моего народа невеста должна быть младше жениха. Мы понимаем, что нам не позволят пожениться. Он говорит мне, чтоб я нашла кого-нибудь получше, а я просто понимаю, что не смогу жить без него. Всё это звучит слишком слащаво, но я знаю его всю жизнь.