В начальной школе на уроках закрыва...

Когда я пошла в школу, у меня был очень высокий рост для девочки-первоклашки. Тогда мама решила "превратить" меня в маленького мальчика, чтобы не платить за меня в транспорте и купила мне мальчишечью куртку. Когда на горизонте появлялся кондуктор, мама громко меня спрашивала: "Ваня, что вы сегодня делали в садике?" Я отвечала басом, что мы там рисовали. В такие моменты мне хотелось просто провалиться под землю от неловкости! Блииин, не прикалывайтесь так над своими детьми, ладно?

Папа как то раз точил коллекцию своих кинжалов. Одно неверное движение - и он ОТРЕЗАЛ СЕБЕ ДВА ПАЛЬЦА. Была ночь и мать в истерике бегала по дому, в скорую звонила, не знала, что делать с морем крови, с трудом держалась, чтобы в обморок не свалиться. А я же, с невозмутимым покерфейсом достала все, что надо, остановила кровь, обработала и перевязала. Вот тогда мама и упала в обморок. А я была простой школьницей, вдруг вспомнившей уроки ОБЖ.

Самое мое любимое чувство, или даже можно назвать состояние, это когда просыпаешься в выходной день, а за окном непогода. Дождь барабанит в окна, рядом стоящее дерево от сильных порывов ветра бьет ветками по стеклам, и эти завывания ветра слышны у тебя дома. А ты лежишь в теплой кроватке, слушаешь все эти концерты природы и понимаешь, что тебе никуда не надо. Такое непередаваемое состояние, состояние домашнего тепла, комфорта и уюта.

Однажды в классе во втором гуляла я по территории школы у забора. У забора стояло дерево. На нём сидела ворона и жрала хлеб. От скуки я на правах своей хитрожопости подождала, пока она положит кусок хлеба на ветку дерева, и, кинув в неё палку, спугнула птицу. Хлеб свалился на землю. После этого мы с вороной искали этот кусок вместе: она с одной стороны забора, я — с другой. В итоге я первая нашла его. Нашла и... СЪЕЛА. Обожрала ворону! До сих пор стыдно.

Прикольно, когда ты милая девушка, ходить с огромным фингалом и рассказывать, как ты его получила: просто открывая дверь машины, заехала себе под глаз, потому что офигенно неуклюжая. Не верит никто. Особенно, когда через пару дней вылазит герпес на губе, засыхает, и создаётся полное впечатление, что ты здорово огребла по физиономии. Меня даже соседские мальчишки пожалели: "Что, избили?" А я лишь грустно покивала. Задолбалась объяснять.

Мне было восемь лет, когда я впервые упала в обморок. Помню всё как в замедленной съёмке: в глазах стремительно темнеет, в ушах звенит, и вот я уже в истерике, кричу, пытаясь услышать себя, широко раскрываю глаза, чтобы хоть что-то увидеть, бьюсь кулаками о стену, чтобы хоть что-то почувствовать... Через мгновение я прихожу в себя от ледяной воды, которой поливала меня мама. Оказалось, всё это время она пыталась привести меня в чувство. До сих пор страшно вспоминать тот момент "разъединения" с телом.

Был экзамен, распечатала 40 решенных билетов на маленьких бумажечках, все взяла с собой. Когда узнала свой билет, отпросилась в туалет. В туалете оставшиеся варианты разложила на подоконнике — пригодятся. Такого восторга в глазах вернувшихся из туалета еще не видела. А вечером на том же подоконнике лежала коробка конфет и бутылка вина. Не знаю, как это не сперли. Почувствовала себя богом.

Однажды я пришла в школу с красивым винтажным кулоном. Отбоя не было от одноклассниц, которые хотели узнать, откуда у меня эта прелесть, ровно до тех пор, пока я не призналась, что это побрякушка от лифчика.

Физрук нашей школы был брутальный мужик, КМС по лёгкой атлетике. К успеваемости девчонок по своему предмету относился безразлично, но хилых и рохлей пацанов чморил нещадно. Таким поначалу был и я. Жутко он меня злил, когда узнав, что я хожу в музыкальную школу, всегда после неудачных попыток подтянуться, прыгнуть в длину или в высоту, говорил, как дефективному: "Пойди-ка лучше с девочками в резиночки поиграй или на скрипочке им попиликай". В общем, он меня достал... За полгода, включая летние каникулы, я хорошо поработал над собой не без помощи друзей. К следующему учебному году и до самого окончания школы я сдавал все нормативы исключительно на "4". Знал сам, да и физрук видел, что могу гораздо больше, но намеренно этого не делал, чтобы тот собою не возгордился, и на какие-нибудь соревнования от школы не заслал. К спорту я пристрастился, но музыка для меня была важнее (не скрипка, кстати, а фортепиано). Главное - подкалывать он перестал. Апофеозом моих с ним отношений стал один из последних уроков физ-ры уже в 10 классе, когда я прилюдно с легкостью повторил все его показательные финты на брусьях, кольцах, коне и на канате и, почти не запыхавшись, произнёс: "Ну, пойду-ка теперь девочкам на скрипочке попиликаю. Резиночки, кстати, ни у кого нет?"

Меня бесит моя жадность. Ненавижу делиться! С ума схожу, когда просят что то попробовать/откусить/отпить. И не откажешь ведь, вроде мелочь какая:кусок шоколадки, горстка семечек, и получается что приходится делится, улыбаюсь, а в глазах ужас! поэтому все вкусняхи всегда прячу и ем в одиночестве.