Когда была маленькая, любила облизы...

В три года у меня удалили большое родимое пятно на ноге. Остался шрам. И я так гордилась этим! В садике меня обожали, любили посмотреть на шрам. В лагерях рассказывала истории про то, как в меня выстрелили, но я успела убежать. Сейчас, мама твердит о том, чтобы я удалила шрам, но я не хочу! Ведь это кто я есть. Это моя особенность! Нет, не удалю :)

Помню, как в подростковом возрасте (примерно в 14 лет) влюбилась во взрослого физрука, когда отдыхала в лагере (ему где-то 24). Симпатичный такой, веселый. Я же как Татьяна ходила вокруг да около, вздыхала по нему, пыталась глазки строить, быть ближе и все такое, но, естественно, ниче не выходило. И вот однажды случайно проболталась об этом своим вожатым. Они переглянулись удивленно, похихикали и заверили, что никому ни за что не проболтаются. Так вот. Через пару дней в лагере как раз наметилась "прощальная" дискотека. Все танцуют, я тоже танцую, веселуха и все такое, наслаждаюсь последними моментами в лагере. Тут начинается медляк. Все как всегда расходятся на группы: кто-то танцует в паре, а кто-то стоит в сторонке или танцует один. Я решила не уходить и просто расслабленно покачивалась в такт музыки. И вдруг чьи-то сильные руки обхватывают меня сзади за талию. Я, испугавшись до усрачки, поворачиваюсь и вижу ЕГО. Он наклоняется ко мне близко и спрашивает: "Можно с тобой потанцевать?". Я чуть язык не проглотила, но кивнула в знак согласия. Он снова взял меня за талию и тут я куда-то провалилась. Я не думала ни о чем, сердце бешено колотилось, тело двигалось само. Пожалуй, такого сильного ощущения я больше с тех пор не испытывала. После этих коротких двух минут мы расстались, как ни в чем не бывало. Знаю, что все было подстроено, но я безумно благодарна своим вожатым, они подарили мне в тот вечер невероятное счастье. До сих пор вспоминаю с улыбкой. Спасибо вам огромное!

В семь лет впервые оказалась в детском лагере. Одна, далеко от дома, родители не приезжали совсем. А лагерь был просто "чудо": 90-е, денег нет, ещё там кто-то что-то украл. В общем, мы голодали. До сих пор помню это ужасное чувство голода. Приходишь в столовую и подчистую съедаешь ужасную, горьковатую кашу. Воду с костями и крупой тоже ели — это называлось суп. Кусок хлеба вообще круче любого торта, давали только по одному, за обедом. Из развлечений — сбор грибов для воспитателя. Она их потом сушила на батарее в игровой комнате, а мы тайно воровали и ели.

Летом после первого класса собрала сына в пришкольный лагерь. Пока собирались, мать моя спросила, куда мы; я ей напомнила, так как до этого уже говорила. Она быстро куда-то смоталась. Нам уже выходить, она влетает домой, выхватывает вещи, закрывает пакет в комнате своей и начинает орать, чтобы я оставила ребёнка в покое, что он ни в какой лагерь не пойдёт. Сын напугался, плачет, она уже ножом передо мной машет, орёт. Тут заходит отец. Пока он её держал, мы убежали. У неё нашли шизофрению.

В 90-е годы мама отправляла меня на зимние каникулы в пионерлагерь. Жили мы ооочень бедно, но в лагерь на воздух меня отправляли стабильно и давали по максимуму самое лучшее. Уезжая со смены, я ж крутая, специально оставила нелюбимую шапку. Когда мама меня встретила, сразу спросила, где же она, а я соврала, мол, забыла в лагере. И вот это я никогда не забуду: голова у нее опустилась, плечи ссутулились, взяла меня за ручку и повела домой, в глазах слезы. Стыдно, не понимала, как ей тяжело.

В детстве я был очень жестоким ребенком. В школе мог запросто полезть в драку. После смерти мамы меня отправили в лагерь на три потока, чтобы я немного отдохнул и развеялся. Там я научился пить и курить, издевался над младшими. Особенно над детьми из детдома. Вся моя жестокость прошла после прочтения книги. Я осознал все свои плохие поступки. К десятому классу я бросил пить и курить, принялся обратно за учебу, стал больше читать. Самому не верится, как я изменился. Спасибо книгам!

В школьном летнем лагере после 4го класса мальчишки докучали меня прозвищами "барби" и "бармен", которые созвучны с моей фамилией. После очередного дня с такими "обзывательствами", я пожаловалась на это маме, на что она дала мне просто космический совет: "Скажи им - хоть горшком назови, только в печку не ставь!". Я послушала её совет и на следующий день, после очередного оклика "эй барбиии", дословно всё повторила. Угадайте, как меня называли до конца лагеря? Спасибо, мам(

С 6 класса отец никуда не пускал. Ни на дискотеки, ни в лагерь (когда выиграла билет на олимпиаде). Вечно орал, что "залетит и принесёт в подоле!". Хотя в то время я и думать о таком не думала. Называл жирной козой (была крупной девочкой в классе). Сейчас мне 30. Замужем. Забеременеть не получается. Отец упрекает: "А чё внуков мне не дарите?!" Похудела в два раза. Ноет, что я болезненно выгляжу. Мама уже не удивляется, почему я когда-то сказала, что сдам его в дом престарелых и в жизни не навещу.

Когда мне было 12 лет, родители отправили меня летом в лагерь, который находится не очень далеко от дома (минут 40 на маршрутке надо было ехать). Там было хорошо, но по маме скучала безумно. Все дети так или иначе хотели, чтобы к ним приезжали родители и привозили вкусняшки (шоколад, газировку, сухарики и т. д). Моей маме приходилось ездить ко мне буквально через день, потому что я звонила и плакала в трубку. И вот, в очередной раз, когда ко мне приехала мама, дети, к которым редко или вообще не приезжали родители, надеялись, что я поделюсь с ними чем-то вкусненьким. Каково же было их удивление, когда я притащила в комнату килограмм огурцов, помидоров и несколько пучков зелени типа петрушки и укропа. Такого недоумения и разочарования в их глазах я до этого не видела. А что, я просто обожаю овощи, могу хоть пучками есть зелень и действительно мне этого очень не хватало в лагере.

Мне было 13, и я была в лагере, который находился в лесу. Однажды поссорилась с девочкой, которая считала меня близкой подругой, и она расстроенная убежала куда-то. Я решила, что помирюсь с ней, когда она вернется. Она не вернулась. Кто-то из детей увидел, как она перелезает через забор, ограждающий лагерь, и забил тревогу. Я помню полицию и ее заплаканных родителей. И что окрестности вокруг долго и упорно прочесывали. Ни единого ее следа. Стараюсь об этом не вспоминать, иногда виню себя.