Мне 38, я владелец двух ресторанов,...

Летом подрабатывала в магазине. Пошла позвонить, сижу возле магазина на заборе. Идет бабусенька старенькая и спрашивает: — А не поможешь ли ты мне? — Да, конечно! Она садится на заборчик, приговаривая, что одинока, не нужна, как все грустно: — Не откажи, милая, мне в просьбе. — Хорошо! — Подстриги мне ногти на ногах. Она не может наклониться, в парикмахерской отказали, слезы текут у нее, а у меня пот. Я стригу. Отказать не смогла, так как все мы старые будем.

В романтичных фильмах мне всегда нравилось, когда девушки падали в обморок, чтобы оказаться в руках красивого мужчины. Я тоже мечтала о том, чтобы красиво упасть к кому-нибудь на руки. Мысли материализовались! И однажды я упала в обморок в магазине головой об бетон, получила сотрясение. Второй раз упала и вышибла головой входную дверь. И наконец, в третий раз я упала в больнице и, очнувшись, оказалась в руках у кого-то мужчины, который нёс меня в кабинет врача.

Каждый год 31 мая мы собираемся с одногруппниками вот уже 10 лет. И каждый раз что-то происходит: автобус на котором едем за город попадает в аварию, пожар в снятой агроусадьбе, Ленка начала рожать прямо за праздничным столом, дружно попадаем в инфекционку, отправившись роллами, разбили ящик виски, Серегу из-за встречи с нами бросила жена с мордобоем в ресторане, всем каналом попали в милицию и все в этом роде. Скоро время Ч, жду. Страшно и любопытно одновременно.

Всегда стояла особняком в семье в плане музыкальных пристрастий. Сегодня рискнула и дала маме послушать последний альбом Bonobo. Через минуту она сидела и топала ножкой в такт, а потом подошла и сказала: "спасибо, что впустила меня к себе!"

Работаю продавцом-консультантом в магазине оптики. Недавно один парень, купив контактные линзы, на полном серьёзе спросил: ''А если вдруг запор, то линзы не вылетят?'' х))

В детстве жила в небольшом городке. И был у нас один магазин, в который мама меня всегда посылала за хлебом. Его я очень любила, пусть это был всего лишь магазин. Выросла, переехала в другой город. Недавно решила съездить на свою родину и зашла в этот магазинчик. И как я удивилась, увидев, что он совсем не изменился! Зайдя в него, я увидела все то же самое, что было и 15 лет назад. Прошлась по нему и чуть не разревелась. Такую ностальгию я не испытывала никогда! Вышла в слезах...

У меня дома много вин разных, но недорогих. Очень понравилось вино местного производителя, которое в магазинах стоит не дороже двухсот рублей. Женщины у нас привередливые, им подавай французское, ну, на худой конец грузинское. Я по жизни негодяй и поступаю как негодяй. Покупаю недорогое, но хорошее вино, снимаю все этикетки, запаиваю горлышко сургучом с печатью лилии или Мальтийского креста, и... Последний раз ценительница белого сухого французского очень нахваливала местного производителя))

В детстве, когда ходили с сестренкой в магазин, брали пакет для покупок с собой из дома. И если был сильный ветер, отпускали его и бегали за ним)..всегда догоняли))

Были у нас соседи алкоголики. Всё, как полагается: гулянки по ночам, пьяные разборки, грязные дети, вонь из квартиры и т.п. Затем, когда дети подросли, у этой семьи за многолетнюю неуплату коммуналки, вырубили свет, а затем и водоснабжение и канализацию даже. Да-к эта семейки гадила в ведро, а затем его содержимое ВЫЛИВАЛИ в мусоропровод! С 6-го этажа! К счастью, мы тогда уже переехали, но другие соседи рассказывали про невыносимую вонь и постоянную, но бесполезную ругань с этими долбанутыми.

Я из достаточно обеспеченной семьи и ненавижу балет. Всей душой. Потому что очень больно… Моя старшая сестра — хрупкий цветок, солнышко в нашей сумасшедшей семье, танцевала с детства и подавала огромные надежды. Её потенциал был замечен и отмечен сотни раз, ей предлагали всё: лучшие партии, обучение заграницей, от спонсоров и предложений отбоя не было, а самое большое помещение нашего дома было оборудовано под танцевальный зал: станок, зеркала, паркет... Помню каждую её пачку, каждый макияж, и как она разрешала разрисовывать себя помадами. И день, когда у неё диагностировали последнюю стадию рака, тоже помню. Помню, как она включала в своём зале музыку на всю мощность и танцевала. Каждый раз, как в последний раз, каждая партия — прощальная, а каждая растяжка такая, как будто ей уже и не хотелось ходить теми ногами, в которых текла зараженная кровь. Она парила, кружилась, вздымалась ввысь, а в конце срывала с уже лысой головы косынку и вытирала слезы. Думала, что мы не подсматриваем. Она отдавала всю себя, а потом, без сил, вспомнив о своём бренном теле, с трудом снимала пуанты и делала вид, что всё хорошо, улыбалась, но очень долго отдыхала после каждой такой разрядки. А потом она надела парик и пригласила нас с родителями на свой прощальный концерт. Это был прекрасный, независимый от жизни и смерти вечер. А утром её не стало… Я очень скучаю.