Мой парень - боксер, характер у нег...

Есть такие наклейки для поддержания груди. Я наклеила такие, подняла свою "четверку", надела маечку на тонких бретельках и пригласила парня, который мне давно нравится, в гости. Когда я встала из-за стола, одна наклейка отклеилась и моя правая сиська отвисла обратно до пупка! Парень ржал, а мне было стыдно.

Муж с сыном четырёх лет зашёл в аптеку. В ней находилось много людей. Сын громко спросил, будет ли папа покупать прокладки маме, ведь у неё из попы идёт кровь.. Муж, схватив сына в охапку, убежал из аптеки.

В первом классе я описалась, стоя у доски. Учительница рассказывает тему, задаёт вопрос, я поднимаю руку, но не для того, чтобы ответить, а отпроситься в туалет. А перед этим двое уже отпрашивались, когда она что-то спрашивала. И стало мне как-то неловко, иду к доске, рассказываю, а писать хочется — жуть. Ну, думаю, ссыкну чуток, чтоб не лопнуть, по ногам потечет, никто не увидит. Но не тут-то было. Потекло на пол... Никто не гнобил потом.

О, этот дивный момент, когда парень молниеносно запускает тебе руки под юбку и натыкается на вторые трусы, надетые поверх колготок, чтобы те не падали.

В детстве, когда еще были пленочные фотоаппараты, мечтала стать работником фотостудии, и проявлять эти самые пленки, только для того, чтоб знать секреты всех людей. Как они голенькие моются в бане или еще что поинтересней)

У меня есть подруга. Она шикарная красивая брюнетка со стальным характером. Мы спим периодически, секс с ней супер. Подозреваю, что я не один у нее такой, но допросами не мучаю. Для нее все это несерьезно и считает она себя абсолютной одиночкой. На мои вопросы, чего замуж не выйдет уже или не сойдется с кем, отвечает, что вокруг одни слабаки. Я смеялся с такого женского высокомерия до одного случая. Живем мы с ней в зоне военного конфликта, и вот началась бомбежка и взрывается мой загородный дом, где мы и находились. От грохота и ужаса меня парализовало начисто. Моя подруга моментально выволакивает меня из дома и прячет в подвал. Пока я приходил там в себя и пытался отдышаться, прогремели еще четыре взрыва. После обстрела мы вышли на улицу, меня трясет, а она спокойно курит. Приезжают скорые, мне ставят легкий шок и пару ушибов. Вот тут я и замечаю, как эта супервумен вытаскивает из своей ноги нифиговый такой кусок деревяшки. Медики ее сразу в карету, накладывать швы. Она отказывается от анестезии, говорит, что укол еще кому может понадобиться, ей шьют ногу по живому, после чего она снова закуривает и сообщает, что подустала и поедет домой. Могу сказать теперь только одно - я вообще больше не смеюсь с ее высокомерия и искренне считаю, что единственный достойный ее мужик - это Чак, мать его, Норрис.

Мне был 21 год, когда подруги жутко меня изводили, что я до сих пор девственница. В один вечер психанула, нашла парня на ночь. Как вернулась, часа два провела в душе, никак не могла отмыться от всей этой мерзости. Как же противно было. Полгода лечилась от херни какой-то. Это не столь страшно, но неприятно всё-таки. Сейчас появился молодой человек, с которым всё хорошо. Сделала вывод: где, с кем и когда спать — личное дело человека; и не стоит слушать кого-либо.

На работе в подсобке держу не только аптечку и чайные принадлежности, есть "аварийный набор": прокладки, чулки в упаковке, нитки, иголки и прочее. Коллеги знают, запасы пополняют все, кто пользуется. Стали ученицы забегать в случае аварий. Мы понимаем, не отказываем. А они воспринимают это как само собой разумеющуюся безвозмездную помощь. Купили прокладки подешевле. Сегодня ученица выдала: "А по какому праву Вы на нас экономите? Я пожаловаться могу." Предложила ей заявить в комиссию по правам человека.

У меня под окнами огромная горка. На нее съезжается весь город, а иногда и люди из области чтобы покататься. Я уже 5 год мечтаю на ней прокатиться. Смотрю на нее каждый день. То дела, то лень, то не с кем.

Подруга ходит во сне. Как-то ночевали вместе, просыпаюсь ночью, а её рядом нет. Я подумал, ну, может, по нужде вышла, а её всё нет и нет. Пошёл искать по всей квартире, нигде не нашёл. Вернулся в комнату, где спали, смотрю — балкон приоткрыт. Я захожу и вижу: она сидит на кромке окна, свесив ноги наружу, в руках кусок плинтуса. Спрашиваю: "Ты чего тут делаешь?" Она поворачивается на меня, глаза стеклянные, взгляд абсолютно отсутствующий, и отвечает медленно, без выражения: "Как что? Рыбачу!" Я медленно-медленно подошёл к ней и со словами: "Пойдём-ка отсюда, здесь не клюёт", — стащил её с подоконника и отвел спать. Испугался до усрачки. Наутро рассказал ей, она не поверила.