Родилась в студенческом общежитии. ...

Была маленькая, родителей у меня нет, жила с бабушкой и дедушкой. Как то раз ночью захотела попить, встала, почти с закрытыми глазами, иду на кухню и вижу такую картину, бабушка полуголая лежит на столе, а дедушка наливает ей текилу в пупок и слизывает. И тогда я поняла, что старость это ещё не значит сидеть пердеть и вязать носки...

Всё-таки, когда путешествуешь, стоит следить за своей речью. Ещё нигде я не слышала столько мата, как в Нью-Йорке. Многие русские ведь думают, что их во всём мире ни одна живая душа не понимает. Две женщины в метро громко обсуждали мою ужасную помаду; другая кричала подруге из примерочной, что здесь вещей хоть жопой жуй; третья обсуждала на улице, что она мастурбирует. Моя подруга недавно в лифте отеля сказала, что у неё всё утро был понос, а люди, вышедшие из лифта, сказали нам на прощание: "С Новым годом!"

Когда я родилась, папа меня безумно любил. И очень много времени я проводила именно с ним. В шутку он давал мне всякие милые прозвища, одним из которых было "Королева". Оно мне так понравилось, что как-то раз, придя с родителями в гости к знакомым, на вопрос моей тёти: "Ой, а кто это у нас тут пришёл?" — я гордо и обиженно ответила: "Как кто? Кололева плишла!" После этого все ещё долго звали меня именно "Кололевой".

В 5 лет с другом играли на полуразрушенной стройке. Притащили свои сокровища - сундук с барахлом, что нашли в канаве. На улице стояла большая железная печь, мы в нее залезли и там разговаривали. Вдруг открывается дверь, какой то взрослый заглянул и с грохотом закрывает дверь на запор снаружи. Мы испугались, сначала тихо сидели, потом стали кричать, но нас никто не услышал. Пару часов друг плакал, что мы умрем от голода, а я в это время делал подкоп лезвием ботинка для хоккея. Вылезли оба.

Я с семьёй живу в Питере. Мои родители большие путешественники, а я вот очень люблю родной город. Люблю настолько, что как только покидаю пределы Петербурга, у меня начинается зверский неизлечимый запор. Сижу в Костроме с разодранной на британский флаг жопой и понимаю, что больше никогда от родных пенат не уеду....

Недавно шла по своему городу ночью и увидела, как на улице лежит парень в своей рвоте. Все люди проходят мимо, даже внимания не обращают, хотя было видно, что это не бомж. Даже если бомж, в принципе, надо проверить, что жив человек. Я старалась его разбудить, не получилось, вызвала скорую, ждала приезда. Больше всего удивило, что всем проходящим абсолютно всё равно. А вдруг он бы умер… С парнем всё норм, скорая забрала.

В детстве мама отправила меня в детский лагерь на берегу Чёрного моря. Кто-то мастерили для родителей подделки, кто-то покупал сувениры, а я просто набрала десятикилограммовый пакет красивых, как мне казалось, морских камней, и по приезде мамы вручила ей этот "сувенир". Мама смеялась и плакала одновременно)

В детстве, будучи в гостях у очень обеспеченных родственников, я стащила малюсенького пластмассового слоника. Мое преступление раскрылось в тот же вечер дома, когда слоник предательски выпал из кармана, пока я складывала джинсы. Родители просто озверели, кричали, что их дочь - воровка, обещали отвезти меня к родственникам, чтобы я покаялась и вернула украденное. Я бы вряд ли вспомнила теперь эту историю, но недавно я увидела, как моя мама украла в магазине серебряные сережки.

Всегда дожидаюсь темноты, чтобы почитать. Днём нет того волшебства, которое есть ночью. Хочется окунуться полностью в этот сладкий мир грёз и спокойствия, который манит своим очарованием. И весь этот мир приходит ко мне только вечером. Днём хочется веселится и зажигать, а ночью я ощущаю лёгкую усталость, но весьма приятную. Темень на улице помогает понять мне героев книг, авторов песен. Ночь - это моя романтика. Ночь - это моя маленькая меланхолия.

Племянник в 6 лет перестал верить в Деда Мороза. В садике один продвинутый друг рассказал, что игрушки носят родители. Стоим мы с ним у окошка на кануне Нового года. Я ему и говорю крикни: "Дедушка Мороз!" Он и появится (жена между тем подарки под елку прячет, пока я отвлекаю.) Племяш крикнул и что бы вы думали! По Останкинской улице на санях запряженных тройкой промчался Дед Мороз. Глаза у племянника засверкали, лицо было словно получил самую заветную мечту. Кто бы мне показал мое лицо...