Время-половина двенадцатого, иду к ...

Мне 21 год, и с каждым годом мне всё тяжелее определять возраст людей по внешности. Хочу познакомиться с парнем на улице, с виду он здоровый мужичина, а по глазам школьник. Другие наоборот: смотришь на них, а им то ли 27, то ли 35. Детей я не различаю вообще, на практике в школе не отличала пятый класс от первого. Девушки тоже отдельная история. Большинство девочек 2000 года выглядят старше меня. А сама я выгляжу лет на 17, если не делаю серьёзное лицо. Я запуталась.

Работаю в школе психологом. Привели в том году первоклашек. Любопытно, но практически все мальчишки не обучены элементарным навыкам самообслуживания: шнурки завязать не могут, рубашку заправить не умеют, пуговицы застегнуть тоже затруднительно, ложку-вилку абы как держат, салфетками тоже не все приучены пользоваться. А семьи-то приличные! Мамки-бабки, когда забирают, разве что в попу не дуют. Вот и вырастают потом мужички-никчёмыши, которые от мамы ни на шаг. Грустно.

Когда я училась во втором классе, мы переехали в другой город и я пошла в новую школу. В первый же день в школе, одноклассник хулиган забрал у меня новый пенал. Я, придя домой, достала из папиных инструментов маленькие гвозди и вставила в носы своих кроссовок. На следующий день потребовала этого хулигана вернуть мой пенал. Конечно же, он не отдал и тогда я со всей силы пнула его по коленке своим ботинком с гвоздями. Слез было море, больше никто не смел обижать меня.

1 сентября. Утро. Мы с мамой идём на линейку. Во дворе рядом с лавочкой лежит мужчина лицом вниз. Мама, как и все, подумала, что он пьяный. Лежит и "отдыхает". Вечером на том месте лежало 2 красные гвоздики. И на том же месте видели заплаканную женщину. Это был её муж. Он умер от сердечного приступа. Он не был пьян. И никто к нему не подошёл. Прошло много лет. Всегда, когда вижу такого отдыхающего, подхожу с единственным вопросом: "Вам плохо или Вы отдыхаете? Скорая нужна?" 1 минута. 1 вопрос. И возможно, 1 спасённая жизнь.

Училась в пятом классе, была у меня учительница математики вовсе неадекватная бабень. Возненавидели мы друг друга с первого урока. Вышла я в школу после трех недель болезни, и отправила она меня доказывать теорему, что у меня, увы, не получалось. Прооравшись, она схватила меня за хвост и со всей силы ударила лицом о доску, сломав мне нос (при классе). После долгих разбирательств у директора она осталось невиновной. В этот день папа дождался её у подъезда, повторив с ней то же самое, но сильнее. Ушла она сама.

Сегодня в печали осознала, как быстротечно время... Возвращалась вечером с работы, а мне навстречу шла девушка с сигаретой в руках. В голове промелькнуло, что ее лицо очень знакомо. И тут в памяти всплыло 1 сентября 11 класса, как я ее, первоклашку, вела за руку в школу. Вот так незаметно и пролетели 8 лет жизни...

Мой парень - суровый мужчина ростом 2 метра. Но когда врач назначил ему уколы, я в течение 10 дней каждый вечер сидела на кровати над его голой жопой по 2-3 часа, чтобы поставить ему укол. Каждый раз он говорил: "Все я готов, давай! Аааа нет, стой, неееет! Ну пожалуйста, может не надо?"

Иду поздно вечером по переулку. Сзади меня идёт мужчина в капюшоне, одну руку в кармане кофты держит. Дистанцию выдерживает. А тут уже гаражи рядом. Он суетится: то на шаг ближе ко мне подойдёт, то подальше. Думаю всё — кранты. А с гаражами рядом кусты. Вспоминаю истории, что в таких ситуациях нужно себя необычно вести. Подбегаю к кустам, поворачиваюсь к мужчине и говорю: "Проходите быстрее, а то у меня понос, до дома не добегу!" И топчусь на месте. Тут он обратно и убежал...

Всё-таки, когда путешествуешь, стоит следить за своей речью. Ещё нигде я не слышала столько мата, как в Нью-Йорке. Многие русские ведь думают, что их во всём мире ни одна живая душа не понимает. Две женщины в метро громко обсуждали мою ужасную помаду; другая кричала подруге из примерочной, что здесь вещей хоть жопой жуй; третья обсуждала на улице, что она мастурбирует. Моя подруга недавно в лифте отеля сказала, что у неё всё утро был понос, а люди, вышедшие из лифта, сказали нам на прощание: "С Новым годом!"

С ужасом помню, как в детстве подхватила ротавирус в детском лагере. Положили меня в палату и заперли ее на ключ. А в палате было лишь одно ведро. Я умоляла дать мне второе, но меня игнорировали, хотя меня одновременно поносило и рвало. Приходилось или заблёвывать пол, или засирать жидким поносом. Раскорячиться, чтобы попасть обеими дырками, не могла. И медсестра приходила только раз в день, чтобы дать ужин, а потом от души дать мне тряпкой по спине или лицу, "засранке".