Всегда, если иду по улице и под ног...

Всё-таки, когда путешествуешь, стоит следить за своей речью. Ещё нигде я не слышала столько мата, как в Нью-Йорке. Многие русские ведь думают, что их во всём мире ни одна живая душа не понимает. Две женщины в метро громко обсуждали мою ужасную помаду; другая кричала подруге из примерочной, что здесь вещей хоть жопой жуй; третья обсуждала на улице, что она мастурбирует. Моя подруга недавно в лифте отеля сказала, что у неё всё утро был понос, а люди, вышедшие из лифта, сказали нам на прощание: "С Новым годом!"

В 5 лет с другом играли на полуразрушенной стройке. Притащили свои сокровища - сундук с барахлом, что нашли в канаве. На улице стояла большая железная печь, мы в нее залезли и там разговаривали. Вдруг открывается дверь, какой то взрослый заглянул и с грохотом закрывает дверь на запор снаружи. Мы испугались, сначала тихо сидели, потом стали кричать, но нас никто не услышал. Пару часов друг плакал, что мы умрем от голода, а я в это время делал подкоп лезвием ботинка для хоккея. Вылезли оба.

Ездила каждый день на учёбу на электричке в другой город, и всегда приходилось одеваться по погоде, особенно зимой. Поскольку я теплолюбивое растение, всегда укутывалась: свитеры, тёплые штаны, шапка. Со мной ездила девчонка модельной внешности: стройная фигура, длинные ноги, одевалась всегда напоказ. Зимой носила тоненькие колготки и мини-юбку. В один из морозных дней, пригласив её утром выпить со мной кофе, я помогала отдирать эти колготки от ног. Примёрзли.

Один знакомый работает на мойке. Через полгода стал жить на широкую ногу: бани, рестораны, дорогая одежда. "Вот же трудяга!" — подумал я. Потом выяснилось, что он крал деньги из дорогих машин, но сколько верёвочке не вейся... Поймали, поставили на счётчик, моет уже полгода бесплатно.

Недавно шла по своему городу ночью и увидела, как на улице лежит парень в своей рвоте. Все люди проходят мимо, даже внимания не обращают, хотя было видно, что это не бомж. Даже если бомж, в принципе, надо проверить, что жив человек. Я старалась его разбудить, не получилось, вызвала скорую, ждала приезда. Больше всего удивило, что всем проходящим абсолютно всё равно. А вдруг он бы умер… С парнем всё норм, скорая забрала.

В 18 лет отправилась на первое и последнее свидание вслепую. Сначала он предложил мне похудеть (мой рост 175, вес на тот момент 56). Я бегала каждое утро по 5 км, отличалась плоским животом, стройными ногами и подтянутой попой, но да ладно. Это вещь субъективная. Второй пункт - мне стоило не носить бюстгальтер. Я приподняла бровь, но решила промолчать. Финалом стало его предложение начать курить, ибо курящие женщины - это сексуально. Сбежала и на звонки не отвечала.

Всегда дожидаюсь темноты, чтобы почитать. Днём нет того волшебства, которое есть ночью. Хочется окунуться полностью в этот сладкий мир грёз и спокойствия, который манит своим очарованием. И весь этот мир приходит ко мне только вечером. Днём хочется веселится и зажигать, а ночью я ощущаю лёгкую усталость, но весьма приятную. Темень на улице помогает понять мне героев книг, авторов песен. Ночь - это моя романтика. Ночь - это моя маленькая меланхолия.

Племянник в 6 лет перестал верить в Деда Мороза. В садике один продвинутый друг рассказал, что игрушки носят родители. Стоим мы с ним у окошка на кануне Нового года. Я ему и говорю крикни: "Дедушка Мороз!" Он и появится (жена между тем подарки под елку прячет, пока я отвлекаю.) Племяш крикнул и что бы вы думали! По Останкинской улице на санях запряженных тройкой промчался Дед Мороз. Глаза у племянника засверкали, лицо было словно получил самую заветную мечту. Кто бы мне показал мое лицо...

Недавно мне сделали операцию на позвоночник, какое-то время мне совсем нельзя было вставать. Но я люблю музыку. И танцевать. Через какое-то количество времени моя душа дико начала требовать танцев! Ну, наушники в уши, включила музыку, и давай извиваться ужом на кровати. Руки, плечи, кончики пальцев ног — всё пошло в действие. Получила невероятный кайф! Но, открыв глаза я увидела, что вокруг меня столпились медсёстры и врач. Видели бы вы их лица... Зато теперь я умею круто танцевать лёжа))

Когда мы с братом были мелкими, наш папа работал в милиции. На обед приходил домой, а мы-то по папе скучали и хотели с ним поиграть. И играли в преступников: он нас ловил и сажал в тюрьму. Ну а точнее — перепутывал наши руки-ноги, защелкивал в наручники и цеплял к батарее на все время его обеда. И каждый раз мы велись. Чертов гений.