Я кондитер. Училась мастерству в Па...

Почему-то вспомнился внезапно учитель биологии в школе. Вспомнила, как запихивал знания в наши дурные головы, как мы издевались над ним, писали на стенах всякие гадости... Теперь стыдно до безумия! Стало интересно, как он, жив ли (а он тогда уже был не молод, или нам так казалось?). Школу я окончила 20 лет назад. И на днях вижу его в автобусе: седого, опрятно одетого, с книгой по биологии. Здоровья ему и долгих лет!

Когда я учился в школе, меня дико бесило, когда кто-то брал МОЙ ластик и рисовал на нём ручкой. Неслыханная наглость!

В школе признался девушке в любви. Она немного смутилась и вежливо отказала мне. Ну, я пострадал месяцок и забыл. Сегодня смотрел школьные фотографии и увидел, КАКАЯ же была между нами разница. Она - красавица, я - типичный ботан. Не понимаю, как я мог набраться наглости))

Мне всегда было тяжело вставать в школу и в восьмом-девятом классе часто приходила ко второму или третьему уроку. Из-за этого после девятого класса меня попросили уйти, и я перевелась в другую школу. Новая школа находилась в центре города и до нее приходилось ехать час. Но я вставала с радостью за три часа да первого урока, потому что у новых одноклассников, которые меня замечательно приняли, была традиция встречаться перед уроками в парке недалеко от школы, вместе встречать рассвет, пить кофе и разговаривать.

Наша семья всегда жила скромно и, несмотря на свой возраст (10-11) лет, я понимала, что денег нет и поэтому ничего не просила. Тогда у всех девочек в школе были сережки кольца, это было очень модно, а у меня не было. И вот идем мы с папой по подземному переходу, а там в палатке продают такие сережки. Я говорю" пойдем посмотрим". Подошли. "Пап, такие сережки всеее девочки носят в школе". Он ответил: "Давай и тебе купим". Тогда продавщица дала мне две пары серёжек: одни золотистого цвета большие, а вторые серебристого маленькие кольца. Я очень долго не могла выбрать и прикладывала то одни, то другие. Когда папа спросил, какие, я пояснила, что они такие красивые и я не знаю, какие выбрать. "Так давай купим и те, и те!" - сказал папа и мы купили обе пары. Я шла и улыбалась, в этот момент мне казалось, что мы самая богатая семья на свете! Хоть и стоили они 50 рублей пара. А я шла и думала, как же сильно любит меня пара, что отдал такие деньжища!

В школьные годы у нас в классе была девочка с оттопыренными ушами. Мы ее сильно дразнили. Она не умела держать плохие эмоции в себе и иногда плакала в школе. Мы кидались в нее жеваными бумажками, присылали валентинки со стихами о том, что она страшная, издевались. В седьмом или восьмом классе родители сделали ей пластическую операцию, уши стали нормальными, но мы дразнили ее еще больше, называли обрезанной. В девятом классе, когда у нас был "выпускной", она улыбнулась и пожелала нам, чтобы наши дети прошли через то же, что и она. Мы смеялись, а она после девятого ушла в колледж, потом вышла замуж и уехала в другую страну... Прошли годы, я - отец и очень люблю свою дочку. У нее есть проблемы с глазиком, хотя это ее не портит... Вчера она пришла со школы заплаканная и спрашивала, зачем ее родили, если она такая некрасивая. И впервые я, мужик, заплакал.

Дело было лет 12 назад. Я всегда с нетерпением ждала момента, когда начинались все возможные украшения ёлок и квартир. Настал тот день, папа должен был привести ёлку и игрушки из гаража. Игрушки он заранее погрузил в машину, а ёлка пока осталась. И в ту же ночь, у нас вскрыли гараж и угнали машину, конечно же со всем, что было в ней. Сюрприз под Новый год был "превосходный". Новогоднее настроение улетело в миг. Родителей расстроил угон машины, а меня отсутствие ёлочных игрушек, мишуры, гирлянд и прочего. Но! Как-то новость быстро разбежалась по району и по школе, в которой папа работал учителем. На следующий день ученики стали приносить игрушки и украшения! Несли все и первоклассники, и те кто постарше. Кто нес свои, кто самодельные. И все были очень красивые и абсолютно разные. Я была очень рада им. В тот год мы нарядили самую красивую елку.

Однажды моя знакомая в школе на перемене упала в обморок. Её подхватил одноклассник и донес до медпункта, где, соответственно, ей оказали первую помощь. Так вот я очень боюсь, что со мной приключится то же самое. А страшно не потому, что это признак того, что не все в порядке со здоровьем, а потому, что я жируха, и никто не сможет поднять меня, и донести до медпункта. Так и сдохну там на полу.

Физрук нашей школы был брутальный мужик, КМС по лёгкой атлетике. К успеваемости девчонок по своему предмету относился безразлично, но хилых и рохлей пацанов чморил нещадно. Таким поначалу был и я. Жутко он меня злил, когда узнав, что я хожу в музыкальную школу, всегда после неудачных попыток подтянуться, прыгнуть в длину или в высоту, говорил, как дефективному: "Пойди-ка лучше с девочками в резиночки поиграй или на скрипочке им попиликай". В общем, он меня достал... За полгода, включая летние каникулы, я хорошо поработал над собой не без помощи друзей. К следующему учебному году и до самого окончания школы я сдавал все нормативы исключительно на "4". Знал сам, да и физрук видел, что могу гораздо больше, но намеренно этого не делал, чтобы тот собою не возгордился, и на какие-нибудь соревнования от школы не заслал. К спорту я пристрастился, но музыка для меня была важнее (не скрипка, кстати, а фортепиано). Главное - подкалывать он перестал. Апофеозом моих с ним отношений стал один из последних уроков физ-ры уже в 10 классе, когда я прилюдно с легкостью повторил все его показательные финты на брусьях, кольцах, коне и на канате и, почти не запыхавшись, произнёс: "Ну, пойду-ка теперь девочкам на скрипочке попиликаю. Резиночки, кстати, ни у кого нет?"