35 лет проработала в школе простым ...

Мне было лет 12, приехала в лагерь. Одна девочка из новых знакомых сказала, мол, надо же, у тебя много веснушек, а я ответила, что у меня папа рыжий. Девочка оказалась болтушкой, через неделю весь лагерь знал, что мой папа — "тот самый Рыжий из «Иванушек»", и он нехороший человек, во всех интервью говорит только про сыновей, а о дочери и не упоминает! То, что у меня совсем другая фамилия и отчество Владимировна никого почему-то не смущало. И только когда на родительский день ко мне приехал папа, все внезапно догадались, что бывают и другие рыжие мужчины.

У меня несколько предвзятое отношение к детдомовцам. Мне было 11, когда меня первый раз отправили в лагерь. И на смену я попала с детдомом, "домашних" было всего ничего. Меня гнобили за то, что у меня есть родители, портили вещи, через 4 дня пребывания загнали на дерево, где я провела сутки. Не слезала уже сама, пока не вызвонили маму и она меня не увезла оттуда.

Ненавижу. Когда мне было 3 года, моих родителей лишили родительских прав. Полгода я пробыла в приюте, а потом меня взяла на опеку семья. Вроде все хорошо, можно радоваться, но нет. Знаете такие семьи, которые берут детей на опеку из-за денег, которые они получают на детей? Вот, мне попалась именно такая семья. Когда мне было лет 6, они взяли еще одну девочку, помладше. И вот мы с ней страдали. Одежду нам покупали в секондах. Кушали мы холодную овсянку и холодную жареную рыбу, стоя(!) у стола на кухне, в то время как они сами, сидя в зале на диване перед телевизором кушали борщи, курицу, котлеты. Сладкое мы не видели вообще. Хотя вру, на Новый Год, нам как сиротам давали большие подарки с конфетами, так с него мы получали по конфете и все. Наказывали нас жестко, абсолютно за все. Встали раньше и разбудили "маму" - она лупила кожаным ремнем. Ночью пошли в туалет, попросили есть - исход один и тот же. Больше всего доставалось мне, ведь я старшая, хотя у нее был родной, взрослый сын. Я всегда была в синяках, и она, чтобы никто не видел и не узнал ни о чем, приходила и "заботливо" мне их все мазала мазью. Всегда пугала, что отдаст в детский дом или отвезет обратно к родителям. Я могла сутки стоять в углу. Спасибо, что за меня иногда заступался ее сын. Никогда не забуду один случай. Меня отправили как сироту, на оздоровление в Италию. Оттуда я привезла большую банку нутеллы. После Италии меня сразу отправили в лагерь, чтобы не мешала. Когда я вернулась из лагеря, они ее съели. Вроде бы глупости, но меня, тогда еще 7-летнюю девчушку это очень зацепило. Я прожила там лет 6, после меня отдали в интернат. Они взяли еще 3 детей, потом их отдали, и еще 3 детей. И вот мне 18, я, зная, как живут сейчас эти дети звоню в соц опеку, прошу, чтобы они приехали и проверили как дети живут. Но, в этот день они получили деньги, и набили свой холодильник едой, фруктами, соками. Соц опека посмотрела, что все просто замечательно и ушла, и не важно, что дети так и не увидят эту еду. За то время, что я у них была, они поменяли 4 квартиры, и в каждой был евроремонт, купили 2 машины. Она и её сынок не работали, работал один "папа", он маляр-штукатур. Ненавижу. Накипело.

Сидел как-то с сыном в очереди в больнице за справкой в лагерь, перед нами были бабушка и внук лет так 9-10. Малец крутится возле нее, ноет, тип быстрей в лагерь хочет, дома скучно, в школе много задают и вот спрашивает бабушку, мол, а ты в детстве тоже свой лагерь любила? Бабушка так вздохнула и говорит: "В моем детстве другие лагеря были. Туда никто не хотел, и мало кто возвращался".

В детстве очень часто ездила в загородные лагеря. И вот однажды в одном из лагерей у нас был мальчик, сын нашей воспитательницы (четыре года). Мы очень удивились, когда услышали, что он называет её Елена Николаевна. Когда мы спросили, почему он не называет её мамой, он выдал ответ, который до сих пор вызывает у меня чувство гордости за этого мальчишку: "Потому что остальные дети будут скучать по маме".

Летом после первого класса собрала сына в пришкольный лагерь. Пока собирались, мать моя спросила, куда мы; я ей напомнила, так как до этого уже говорила. Она быстро куда-то смоталась. Нам уже выходить, она влетает домой, выхватывает вещи, закрывает пакет в комнате своей и начинает орать, чтобы я оставила ребёнка в покое, что он ни в какой лагерь не пойдёт. Сын напугался, плачет, она уже ножом передо мной машет, орёт. Тут заходит отец. Пока он её держал, мы убежали. У неё нашли шизофрению.

В детстве были с сестрой в студенческом лагере на море (родители там работали). Купались и мешались под ногами у взрослых. Начитавшись детских детективов, решили следить за выпивающим культоргом, похожим на Укупника. Он стеснялся пить при нас и везде от нас скрывался. Мы его порядком достали, и однажды он исчез. Целый день его искали, пока не узнали, что он высоко в горах, в кемпинге, в полутора часах от лагеря. Его лицо, когда мы вышли из кустов с фразой: "Котеночкин, хватит пить!" — я не забуду никогда.

Всё детство родители много работали, бабушкам и дедушкам было не до меня. Для летних лагерей ещё маленькая, но дабы не была беспризорницей и не слонялась во дворе всё лето, папа брал меня с собой в рейсы (он перевозил грузы на дальние расстояния). Мы весело проводили с папой время, он покупал мне всё, что я хотела, а, пока он отдыхал, я тихонечко убиралась в кабине, мультики смотрела или рисовала. Мы вместе объездили немало городов, много чего посмотрели, и для меня это было лучшее время.

В школьном летнем лагере после 4го класса мальчишки докучали меня прозвищами "барби" и "бармен", которые созвучны с моей фамилией. После очередного дня с такими "обзывательствами", я пожаловалась на это маме, на что она дала мне просто космический совет: "Скажи им - хоть горшком назови, только в печку не ставь!". Я послушала её совет и на следующий день, после очередного оклика "эй барбиии", дословно всё повторила. Угадайте, как меня называли до конца лагеря? Спасибо, мам(

Мне было 13, и я была в лагере, который находился в лесу. Однажды поссорилась с девочкой, которая считала меня близкой подругой, и она расстроенная убежала куда-то. Я решила, что помирюсь с ней, когда она вернется. Она не вернулась. Кто-то из детей увидел, как она перелезает через забор, ограждающий лагерь, и забил тревогу. Я помню полицию и ее заплаканных родителей. И что окрестности вокруг долго и упорно прочесывали. Ни единого ее следа. Стараюсь об этом не вспоминать, иногда виню себя.