90-е... Голодно, дефицитно, всё скр...

У меня была однокурсница с сильным пороком сердца. Худая, бледная, не особо красивая. На занятия её водила мама и забирала. Будучи людьми взрослыми, никто над ней не смеялся, а наоборот жалели и оберегали. Предлагали донести сумку, проводить, подкармливали... Я считала это лицемерием и общалась с ней так же как с другими: ни разу не предложила помощь, звала с собой выйти покурить, пила при ней пиво, материлась и рассказывала о своих тусовках. Могла психануть на неё и послать на х, занимала деньги и возвращала через год. Вообще все меня считали бесчувственный сволочью по отношению к этой девушке. А она не общалась ни с кем кроме меня, потому что с её слов: только я считала её полноценным человеком, а все остальные своей жалостью вечно напоминали, что она инвалид и в чем-то ограничена.

В детстве мне купили новые сапожки. Сели в пустой ещё автобус, я ноги выставила вперёд, любуюсь. Народ прибывает, тесно, и женщина ножки-то мне прижала, а я как крикну: "Куда ты лезешь, обезьяна? Не видишь, у меня новые сапожки!" Красная как рак мама выволокла меня на первой же остановке, извиняясь на ходу. И выяснила, что я назвала так женщину, потому что в садике нам рассказывали, что человек произошёл от обезьяны. Порку избежала))

В детстве я не хотел есть, и мама придумала маленькую хитрость. Выносила мне еду на улицу, когда я гуляю с другом, и, когда я отказывался есть, она предлагала другу. Тот, естественно, соглашался, и тут во мне просыпалась злобная жадность, и я приступал к поеданию.

За свою жизнь встречала раз 30 эксгибиционистов-мужчин. Видела и молодых, и старых, и худых, и толстых, с внушительными размерами "хозяйства" и с мелкими. Кто в кустах стоял, кто на подоконнике в окне своей квартиры, кто-то в подъезде. Жуть жуткая! В чём кайф от демонстрации чужим людям своих сомнительных достоинств… Будучи взрослым человеком, поняла, что о таких отклонениях надо рассказывать детям с ранних лет. Перестала бояться этих эксгибиционистов только после 50-ти лет.

Когда иду утром в душ, чистые трусы несу на голове. Просовываю в них волосы (типа два хвостика), по пути захожу на кухню: котов покормить, чайник поставить; все это время прыгаю и мотаю головой.

Сидели в одной комнате с другом, я максимально незаметно достаю из сумки прокладку ещё не распечатанную. Хотела в туалет, но друг замечает её у меня в руке и начинает биться в истерике с криками: "А-а-а, убери эту дрянь!" Как оказалось, с самого детства его мама и сестра меняют использованные прокладки в комнате при нём. Разговоры не помогли.

Моей жене после аварии ампутировали ногу. Сейчас она в инвалидной коляске, но с протезом ходить сможет. Я люблю её и бросать не собираюсь. Все близкие, знакомые и друзья меня поддержали. Все. Кроме лучшего друга: "Так она теперь инвалид, чё с неё возьмёшь, найди другую!" Разбил ему его мерзкую рожу. Нет у меня больше друга, с которым дружили с пелёнок всю жизнь.

Мой друг с детства мечтал о трёх сыновьях, даже имена выбрал: Саня, Женя и Валера. Вырос, женился на девушке, готовой ему этих сыновей родить. И вот растут у них Саня, Женя и Валера... Только это девочки! И друг души в них не чает

Обожаю ходить по дому голышом. Дом частный, но соседям не видно - забор и кусты надёжно меня закрывают. Этим летом забылась и вышла в таком виде в сад снимать бельё. Сладко потягиваясь и шаркая тапочками медленно, наслаждаясь солнцем, дошла до бельевых верёвок, сняла бельё и... заметила на крыше соседей кровельщиков - ремонт делать начали. Ну, кровельщики тоже меня заметили. Решила, что прикрывать что-то уже поздно и уплыла домой ровной гордой походкой.

Недавно начала волонтерить в больнице. Мы меняем подгузники лежачим старикам. Осень, больница скоропомощная, начали везти бомжей. Наверное, я схожу с ума, но мне там нравится. Нравится все. Запахи от лежачих больных, запах хлорки... Врачи, медсестры.... Нравится, хотя там и страшно, мест в терапии не хватает, люди лежат на сдвинутых креслах в коридоре. На каталках.... Я не знаю, какой треш здесь будет в новогодние каникулы. Но я буду тут волонтерить... Глядя на этих людей, я перестала ныть. Мне не плохо, я хожу, меня не бросили родственники. Эти люди несчастнее многих, санитарок на всех не хватает. Руки там всегда нужны.