Еду недавно в автобусе. Тут заходят...

Преподаватель по культуре рассказала о случае из детства: она приехала в летний международный лагерь, это были 60-70 годы. В то время жвачка была чем-то необычным для простого человека, и в руки ее не каждый брал. И запомнился ей момент, когда датские дети брали горстями жвачку и кидали на пол, а советские дети подбирали их и не думали о том, что их таким способом унижали. Почему их никто не остановил, я понять не могу.

Со старшей сестрой разница в 18 лет, мы никогда не были особенно близки. Мне было восемь, когда она родила, и девять, когда переехала к нам - это был кромешный ад. Она издевалась надо мной, как могла - оставить без ужина, запереть в комнате, запретить слезать с кровати по несколько дней (мне даже горшок был выделен). Мама в основном была на работе или принимала сторону сестры. Это было тяжело. Я плакала почти семь лет после этих событий при одном воспоминании, были лишние кг и стеснение при общении, но я старательно выгоняла это из себя, взяла себя в руки. Переехала в США, отходила курс у психолога (уже тут), хорошо зарабатываю, живу в Н-Й. С сестрой и племянницей общаюсь спокойно, без любви, все уже давно улажено и забыто, но тут она отправила девочку в лагерь сюда, предложила мне немного с ней посидеть перед ним. Я согласилась - показала город, купила ей телефон и новую одежду, потому что могу, да и ее жаль было, вдруг, сверстники заклюют. Ребёнок в лагере, и тут мне звонит сестра и начинает орать: "Зачем ты это сделала? Пристыдить, что ли, меня хочешь?" Без оскорблений не обошлось, узнала, что я все ещё тварь и стерва, как и всю жизнь. Не понимаю, что у нее в голове.

Помню, как в подростковом возрасте (примерно в 14 лет) влюбилась во взрослого физрука, когда отдыхала в лагере (ему где-то 24). Симпатичный такой, веселый. Я же как Татьяна ходила вокруг да около, вздыхала по нему, пыталась глазки строить, быть ближе и все такое, но, естественно, ниче не выходило. И вот однажды случайно проболталась об этом своим вожатым. Они переглянулись удивленно, похихикали и заверили, что никому ни за что не проболтаются. Так вот. Через пару дней в лагере как раз наметилась "прощальная" дискотека. Все танцуют, я тоже танцую, веселуха и все такое, наслаждаюсь последними моментами в лагере. Тут начинается медляк. Все как всегда расходятся на группы: кто-то танцует в паре, а кто-то стоит в сторонке или танцует один. Я решила не уходить и просто расслабленно покачивалась в такт музыки. И вдруг чьи-то сильные руки обхватывают меня сзади за талию. Я, испугавшись до усрачки, поворачиваюсь и вижу ЕГО. Он наклоняется ко мне близко и спрашивает: "Можно с тобой потанцевать?". Я чуть язык не проглотила, но кивнула в знак согласия. Он снова взял меня за талию и тут я куда-то провалилась. Я не думала ни о чем, сердце бешено колотилось, тело двигалось само. Пожалуй, такого сильного ощущения я больше с тех пор не испытывала. После этих коротких двух минут мы расстались, как ни в чем не бывало. Знаю, что все было подстроено, но я безумно благодарна своим вожатым, они подарили мне в тот вечер невероятное счастье. До сих пор вспоминаю с улыбкой. Спасибо вам огромное!

В детстве я был очень жестоким ребенком. В школе мог запросто полезть в драку. После смерти мамы меня отправили в лагерь на три потока, чтобы я немного отдохнул и развеялся. Там я научился пить и курить, издевался над младшими. Особенно над детьми из детдома. Вся моя жестокость прошла после прочтения книги. Я осознал все свои плохие поступки. К десятому классу я бросил пить и курить, принялся обратно за учебу, стал больше читать. Самому не верится, как я изменился. Спасибо книгам!

В лет 10 меня отправили в лагерь отдыха и с нами в отряде была девочка из детдома. Так вот мои родители, когда приезжали ко мне привозили вкусняшки, одежду и девчачьи мелочи, и никогда не забывали про эту девочку - пакет со сладостями и ей, какую-нибудь одежду и даже сережки. Так приятно было видеть, как девчонка радуется! Это был абсолютно нормальный, дружелюбный и добрый ребенок. В итоге ее удочерила помощник воспитателя.

Мне было лет 12, приехала в лагерь. Одна девочка из новых знакомых сказала, мол, надо же, у тебя много веснушек, а я ответила, что у меня папа рыжий. Девочка оказалась болтушкой, через неделю весь лагерь знал, что мой папа — "тот самый Рыжий из «Иванушек»", и он нехороший человек, во всех интервью говорит только про сыновей, а о дочери и не упоминает! То, что у меня совсем другая фамилия и отчество Владимировна никого почему-то не смущало. И только когда на родительский день ко мне приехал папа, все внезапно догадались, что бывают и другие рыжие мужчины.

Мне было 12 лет, родители отправили на лето в лагерь. В небольшом лесу на территории познакомился с девочкой, мы иногда гуляли вместе, общались. Виделись всегда только в лесу. В день отъезда побежал в её отряд, чтобы попрощаться. Вожатые и ребята смотрели на меня в недоумении — девочки с таким именем у них не было. Один пацан рассказал, что пару лет назад маньяк из соседнего села убил девочку на территории лагеря. Он описал девочку, с которой я гулял — у неё на лице даже был тот же шрам.

Моей прабабушке было 16, когда пришли немецкие войска в Беларусь. Их осматривали доктора, чтобы отправить в лагеря работать. Тогда девочки мазались травой, которая вызывала сыпь, похожую на оспу. Когда прабабушку осматривал доктор он понял, что она здорова, но солдатам он сказал, что она больна, а немцы страшно таких боялись. В итоге, этот немецкий доктор спас немало людей. Если бы не он, меня бы не было на свете.

В детском летнем лагере в королевскую ночь нам было совсем нечего делать. Пастой мы никого не мазали, зато у кого-то нашлось слабительное, и мы ничего лучше не придумали, чем налить его в кулер с водой около корпуса. По дороге обратно автобус останавливался на "зелёную" стоянку раз семь. Стыдно до сих пор.

В 6 лет, будучи в лагере, влюбился в девочку по имени Настя. В 12 нравилась ещё одна Настя. В 16 были отношения целый год с... Настей. В 18 поступил в институт, познакомился с классной девушкой. Начались отношения, почти через год расстались, девушку звали Настя. Мне 21, скоро иду на свидание с Настей — мне страшно.