Когда привожу ночью очередную девуш...

Я сильно простудилась. Так получилось, что мама осталась ночевать у меня. Утром, собираясь на работу, мама заботливо укрыла меня пуховым пледом, пролежавшим под диваном несколько месяцев. Это было самое бодрящее утро в моей жизни: плед был изъеден молью и усыпан ЖИВЫМИ личинками. Как жаль, что это заметила я, а не мама.

Родители меня не совсем любили. Нет, не били, не унижали. Просто морили голодом. Всем вокруг говорили: "Да она просто от природы худая". Жили не бедно. Как такое бывает? Мне не давали денег, даже на обеды. С утра не давали завтракать — "ты только проснулась, какой голод". Возвращаться домой без родителей не могла, не давали ключи. Ужинать давали не всегда, "ты днём и так обожралась". Часто падала в обмороки — "она больна". Вечером кухню запирали. В 15 сбежала от них к тёте. С ними больше не виделась.

Побывал в одной из стран бывшей Югославии и каждый раз, читая надписи на билбордах, пытался понять, почему они так антирекламируют все, что можно. Яркий пример — «отроци со наша поносность», «мода у центру позорности», «позор, полиция ворует». Кто ж знал, что «поносность» у них — гордость, «воровать» — это защищать, а «позор» — внимание… А местные никак не могли понять, почему я ржал все время.

По молодости любовник поставил меня перед выбором подарка на день рождения: квартиру на отшибе города или свой бизнес. Выбрала бизнес, мол, на квартиру сама заработаю. Просрала и бизнес, и любовника через полгода. Прошло уже десять лет, а родственники так и припоминают мне, мол, такой шанс даётся раз в жизни и то не каждому и бла-бла-бла, хотя у меня сейчас и трёшка в центре, и бизнес, и прекрасный муж, и дети. Бесят.

В школе признался девушке в любви. Она немного смутилась и вежливо отказала мне. Ну, я пострадал месяцок и забыл. Сегодня смотрел школьные фотографии и увидел, КАКАЯ же была между нами разница. Она - красавица, я - типичный ботан. Не понимаю, как я мог набраться наглости))

Как же бесят работники автосервисов, которые считают нормой нае*ать девушку с ценой на ремонт. Я знаю сколько стоит поменять гофру на глушителе и знаю, как она выглядит и где находится. Но предлагать 11.000 за работу которая стоит 2000 – это верх наглости.

Случайно подслушала разговор коллеги по телефону. Оказывается, она уже дважды изображала обморок в присутствии начальника, чтобы её отпустили домой и пожалели, много не спрашивали. Даже дома репетировала у зеркала. Теперь не знаю, что делать. Может, доложить начальнику, а доказательств-то нет. Или не обращать внимания, так как на моей работе её актёрство не сказывается… Не понимаю, как ей вообще это в голову пришло.

У меня есть шкаф с книгами. Там есть всё от мировой фантастики до учебников по языкам и математике. Каждый раз, когда привожу домой новую девушку, она говорит, что это странно, а некоторым становится неуютно. Я никогда не понимал такой реакции, это ж всего лишь книги.

Еду в автобусе, две девушки рядом со мной стоят, и одна другой так воодушевлённо: "Знаешь, чем пахнет? Цирком!" А это от меня воняет опилками и мочой, потому что я аспирантка и только что почистила 50 клеток с лабораторными животными.

Познакомился с девушкой, у нас начались отношения, и в один прекрасный день ей поставили диагноз "лейкемия". Мы встречались ещё не так долго, и она сказала, что поймёт, если я уйду и не захочу переживать с ней всё это. Врачи подливали масла в огонь, говоря, что ничего не поможет, что они бессильны, но я твёрдо решил быть с ней, что бы не случилось. Я пережил вместе с ней и ужасные курсы химиотерапии, и ночные судороги, и бесконечные слёзы. Она постоянно гнала меня, не разговаривала со мной, пыталась отвергнуть любыми способами, но я не сдавался. Она худела, теряла волосы, много спала, нервничала, психовала. Я был неким громоотводом, она отрывалась на мне по полной. Полтора года спустя болезнь начала отступать, и все прогнозы врачей оказались ложными. Она выжила, и я отдал бы всё, чтобы постоянно видеть эту её счастливую улыбку, когда наш врач сказал, что всё ужасное позади, я отдал бы всё, чтобы она снова так крепко держала меня за руку, чтобы она снова обняла меня так сильно, что я не мог вздохнуть. Ещё полгода ушло на реабилитацию. Я всё время был с ней. Мои родители недоумевали, но не лезли с нравоучениями. Я поменял много работ, но сейчас всё же нашёл своё место. Жизнь сначала дала нам обоим неслабый пинок под зад, а потом подарила нереальное счастье. Через две недели женюсь на самой прекрасной девушке на свете.