Когда я была совсем маленькой, мои ...

У меня всегда была очень склочная тётя. Устраивала скандалы на пустом месте, изводила всю семью, и всем это, естественно, дико не нравилось. Соседи почти всегда вызывали милицию, потому что невозможно. Так вот, в один раз, когда она пришла домой и ушла в свою комнату счастливая после очередного скандала, дядя сказал ей, что она допрыгалась. Он вызвал неотложку, они приехали и забрали её в психбольницу. Все долго не могли понять, почему они её так быстро увезли. Оказалось, что он, позвонив им, пошёл на кухню, взял сковородку, налил масла, закинул на неё гвозди, посолил, поперчил, а когда приехали санитары, выдал это за её работу. С тех пор дико уважаю дядю. Молодец мужик, додумался же.

Муж сказал мне, что едет отдыхать к тёте и сестре, у которых дом в Турции. Им сказал, что поехал с друзьями, а друзьям — что с семьёй, а сам поехал отдыхать на курорт с бабой. Спалился случайно, когда я хотела посмотреть авиабилеты на его почте, чтобы узнать время прилёта, а Гугл-аккаунт сделал ему коллаж отпуска и прислал оповещение. Делаю вид убитой горем брошенки, а внутри танцую от радости, чтобы поскорее смыться)))

На мой шестой день рождения дядя подарил мне набор цветных чудо-фломастеров, где был один белый, который стирал все остальные с бумаги. Однажды, насмотревшись, как мама делает макияж, я разукрасила себе всё лицо и в таком виде пошла в школу в надежде, что потом белым смогу смыть этот цветной ужас. Но все три урока я с позором стояла около умывальника и пыталась отмыть лицо — учительница заставила. Не помогло. Ходила в таком виде несколько дней.

В детстве родители били ремнем по заднице. Теперь мне 22, а следы от них до сих пор украшают мою попу. Вышла замуж. После первой ночи муж на меня какими-то загадочными глазами смотрит и улыбается, не верит наверное...

Когда пилю ногти пилочкой для ногтей жутко раздражаюсь, ибо помимо ужасного звука самой пилочки постоянно чувствую запах кошачьей мочи. То ли пилочка смердит, то ли ногти, до сих пор для меня загадка.

В моём детстве у родителей были обычные праздники с друзьями семьи. Собиралась компания с кучей взрослых и детей. Запомнился мне один день рождения. Сначала свечки на торте задул именинник-ребёнок, потом брат его, потом все дети по очереди, родители, тётя и все приглашённые. После всё то же самое, но уже задували носом: правой ноздрёй, левой. Соревнования устраивали. Не помню, сколько это всё длилось, и ведь потом ели торт все.

Как-то раз мы с моим любимым траванулись. В постели двое суток лежали с температурой, рвотой, поносом, тошнотой, болью и прочими радостями. Я первая пошла на поправку, у меня температура спала. Вдруг ночью просыпаюсь оттого, что он мне пульс на шее ищет. "Я думал, ты умерла", - говорит. Я спала слишком глубоко и неподвижно, и ему, с его 38.2, я показалась уже остывшей. Меня до сих пор дрожь берёт, когда представляю, что он в тот момент почувствовал.

Я люблю разговаривать сама с собой. Очень. Не то чтобы у меня есть воображаемый друг, мне просто становится лучше, когда проговариваю про себя какой-нибудь неудачный недавний диалог, представляя, как разбиваю доводы своих оппонентов в пух и прах. Тогда я меньше переживаю, что "вот так тогда не сказала". Для меня в этом ничего такого нет, даже помогает, но вот мужа моего пугает: он-то не знает, о чем я думаю в этот момент, а только видит, как я сосредоточенно что-то делаю, шевеля при этом губами.

Познакомился с девушкой, у нас начались отношения, и в один прекрасный день ей поставили диагноз "лейкемия". Мы встречались ещё не так долго, и она сказала, что поймёт, если я уйду и не захочу переживать с ней всё это. Врачи подливали масла в огонь, говоря, что ничего не поможет, что они бессильны, но я твёрдо решил быть с ней, что бы не случилось. Я пережил вместе с ней и ужасные курсы химиотерапии, и ночные судороги, и бесконечные слёзы. Она постоянно гнала меня, не разговаривала со мной, пыталась отвергнуть любыми способами, но я не сдавался. Она худела, теряла волосы, много спала, нервничала, психовала. Я был неким громоотводом, она отрывалась на мне по полной. Полтора года спустя болезнь начала отступать, и все прогнозы врачей оказались ложными. Она выжила, и я отдал бы всё, чтобы постоянно видеть эту её счастливую улыбку, когда наш врач сказал, что всё ужасное позади, я отдал бы всё, чтобы она снова так крепко держала меня за руку, чтобы она снова обняла меня так сильно, что я не мог вздохнуть. Ещё полгода ушло на реабилитацию. Я всё время был с ней. Мои родители недоумевали, но не лезли с нравоучениями. Я поменял много работ, но сейчас всё же нашёл своё место. Жизнь сначала дала нам обоим неслабый пинок под зад, а потом подарила нереальное счастье. Через две недели женюсь на самой прекрасной девушке на свете.

Второй класс, летний лагерь, экскурсия, мы идём парами друг за другом. Я случайно зацепила пятку девочки, идущей впереди меня, и запачкала её носок. Сразу извинилась не один раз. Как эта козявка только меня не обзывала! Требовала — делай, что хочешь, а чтобы пятна не было. Не пускала меня в общую игру, унижала при всех. Довела до слёз, а потом до злости. Я вырезала пятно ножницами, отдала ей носок и пошла играть. Под её вопли.