Кто-то спрашивал, что происходит со...

Работаю аниматором. В предверии Нового года вижу заказы артистов на новогодние утренники детям в школе. Печально, ведь в наше время праздники готовили старшеклассники, помню Деда Мороза - самого высокого парня в классе, Снегурочки - естественно, блондинки и первые красавицы класса. И себя в роли Бабы Яги.

Я теряюсь, когда сталкиваюсь с хамством и наглостью. Слово сказать не могу, а потом мучаю себя, подолгу думая о том, что должна была ответить. Долго мне казалось, что я одна такая, пока не узнала, что, оказывается, многие люди от этого страдают. С тех пор меня не покидает мысль: вот бы кто-то организовал курсы или тренинги "Как уметь постоять за себя и никогда не терять лицо". Уверена, от желающих такому научиться отбоя бы не было.

В автобусе рядом со мной сидел мужчина и в открытую бухал. Я офигела от наглости, а он, заметив мой взгляд, предложил сначала коньяк, а потом шоколадку. Минут через 5 сказал: "Девушка, вы ничего не подумайте. У меня полчаса назад друга зарезали, еду разбираться. Простите меня, пожалуйста". А у самого вены на висках вот-вот лопнут... Для меня всегда самое страшное - смотреть, как переживают горе мужчины. Молча и стискивая зубы. Спасибо им за их надежное и крепкое плечо.

Есть у меня один друг детства, по совместительству лучший друг моего брата. Всю свою сознательную жизнь думала, что они — на всю голову отбитые чуваки. Когда они окончили девятый класс в своем родном городе, то свалили учиться в Москву и остались там жить. Видеться мы стали намного реже, только в Новый год и день рождения, но зато могли говорить по телефону целыми днями. Я никогда особо не задумывалась над тем, насколько им дорога, иногда обижалась на дружеские подколки и язвила в ответ, но когда меня положили в больницу с острым осложнением гастрита, они примчались из Москвы первым же самолетом и не отлипали от меня все последующие дни до выписки. Те два клоуна, которыми они были для меня всю жизнь, скандалили с медсестрами, привозили мне вещи и книги из дома, почти не оставляли меня одну и реально волновались. Пока я лежала в больнице, то вспомнила очень многие мелочи, которым раньше не придавала значения: ежедневное "соберись, тряпка" в телефонном разговоре перед экзаменами, короткие объятия в качестве поддержки, когда получала двойку в начальной школе, убеждения в том, что я еще обязательно найду работу, которая будет нравиться мне и которой буду нравиться я, "ей-богу, чего ты разнылась, не разводи нюни". Я дам в челюсть каждому, кто скажет, что дружбы парнями и девушками не существует.

Моя подруга довольно милая, но толстенькая. Нет, не слегка полная, а именно такой объёмный пухляш с боками и щечками. Недавно начала встречаться с потрясающе красивым парнем. Все при нем: и бицепсы, и деньги, и харизма. Она сама шокирована, плачет от счастья. Была рада за неё, думала - вот она настоящая любовь. Ан нет, парень бросил ее, успешно сдав сессию, ведь она племянница декана, да ещё и назвал коровой. Подруга в слезах, в депрессии, самооценка на дне.

Когда пилю ногти пилочкой для ногтей жутко раздражаюсь, ибо помимо ужасного звука самой пилочки постоянно чувствую запах кошачьей мочи. То ли пилочка смердит, то ли ногти, до сих пор для меня загадка.

Говорят, что часы останавливаются на тех, кто умер. На мне они остановились в 13, когда умер отец. С тех пор как потерянная во времени, всегда опаздываю, в окружении меня всегда ломается вся электроника, даже если я к ней не притрагиваюсь.

По соседству живет дочь друзей. Учится, работает, дома только ночует, иногда приводит таких же серьезных тихих друзей. Одинокая. В квартире тишина. И тут завела мальчика. Господи боже, как она теперь сладко стонет! По несколько раз в день слышу, как ее доводит до истомы кавалер. Со мной так же приветлива, тихо здоровается и опускает глазища в пол, а я делаю вид, что ничего не знаю, только пытаюсь спрятать эрекцию и не вспоминать ее томные вздохи.

Поняла, что парень меня реально любит, когда меня среди ночи увезли на скорой: панкреатит. Уколы, капельницы, голодовка. И он сидел все это время со мной, держал за руку, когда кололи болючие уколы, покупал лекарства и говорил: "Даже не думай о цене"; прятал чеки. Говорил, что я самая красивая, хотя я стала просто скелетом с синющими руками. А когда узнал, что я иду на поправку, плакал. В то время как друзья и родители мне даже не звонили. Я поняла, что родной мне только он, и нужна я только одному ему.

Стояла ассистентом на операции, и хирург начал рассуждать вдруг о геях. Пришёл к выводу, что геям просто разнообразия не хватает и новых ощущений. Но вот он лично не видит ничего нового в том, чтобы "шпилить своего друга". Я, не подумав, брякнула, что новые ощущения - это когда тебя шпилит друг. Он посмеялся, медсестра посмеялась, анестезиолог посмеялся, а через года три жена хирурга подала на развод, потому что застала его в кабинете с анестезиологом.