Мне 32 года. С детства хотела собак...

Всю сознательную жизнь переживала за родителей - как они будут жить на пенсии, когда перестанут работать, как будут на холодном севере в квартире сидеть, никуда не выбираясь - домоседы оба - и быстро угаснут с тоски. Сердце кровью обливалось. А родители меня "сделали". Взяли и после получения пенсии продали квартиру на севере, купили дом у моря на юге и зажили в свое удовольствие. Теперь целыми днями что-то строят, мастерят, сажают, копают, ходят гулять к морю, задружились с классными соседями, мужик-сосед- пасечник, папу в это дело вовлекает потихоньку. Мама учится у соседки выращивать розы. Оба занялись своим здоровьем. Недовольна разве что старая любимица-собака, которая 10 лет спала под одеялом с хозяевами, а теперь спит в будке, СТОЯЩЕЙ В ДОМЕ, которую специально для нее смастерил отец. Ходит в шоке, рычит на нас, не хочет признаваться, что ей по кайфу целыми днями гонять кошек, орать через ограду на соседских кур и валяться в пыли на солнышке. А я перебралась в соседний большой город, поближе к ним, нашла любимую творческую работу, новых отличных друзей... Все случилось лучше, чем могла предполагать. Осталось только построить такую же крепкую и любящую, как у родителей, семью.

У меня очень любящий и понимающий отец. Никогда меня не бил. И меня это гложило. Все дети во дворе рассказывали про порку. Я не выдержала и позвала папу на серьезный разговор. Был поставлен ультиматум: либо он меня отмудохает ремнем до синяков, либо он мне не отец. Мне тогда было 8 лет. Чем я думала — непонятно. Знатно тогда меня выпорол. Неделю было больно сидеть. Запомнила на всю жизнь.

в детстве мама мне не покупала вкусняшек, а я так хотела... этажом ниже жила девочка, я с ней подружилась и ходила к ней каждый день в гости, и мы играли в прятки. Время я отсчитывала только на кухне, а пока она пряталась, открывала холодильник, тырила у нее вкусняшки и ела дома:)

В далёком детстве моя одноклассница пришла в школу с загипсованной ногой. Меня угораздило спросить о причине перелома. "Сейчас покажу", — запросто ответила она и прыгнула через все ступеньки школьного крыльца. Сломала вторую ногу. До сих пор стыдно. Нахера я спрашивал…

В седьмом классе воевали с одноклассницей. Дело доходило до драк, виноваты обе были. Но не могу себя простить за то, что однажды она меня так выбесила, что я спустилась в раздевалку, украла у неё из кармана брелок, подаренный отцом, и смыла его в унитаз. Смыла подарок человека, которого уже давно не было в её жизни, и по которому она сильно скучала. И не могу её даже найти в сети, чтобы извиниться.

Я свадебный фотограф. Фотографировала молодожёнов около красивого собора. Они захотели поставить свечу и пофотографироваться внутри. Заходим, бабульки церковные сразу напряглись и начали бухтеть... "Грешно тут фотографировать, не по-божески" и тому подобное. Молодожёны пожали плечами: грешно — так грешно, значит, не будем. Мы уже направились к выходу, когда в спину прилетели слова батюшки: "Если дадите пятьсот рублей на нужды собора, то фотографироваться это не грех, а благое дело!"

Этот пугающий до усрачки момент, когда живешь в доме, полном родственников, и при этом забываешь куда положила использованную прокладку...

У всех в детстве были шрамы, все ими мерились. Кто с горки упал, кто с велосипеда и т.д. У меня был самый большой шрам на плече. Все меня уважали, потому что я говорила, что спасала птенчиков от собаки. И никто не знает, что на самом деле это одноклассница укусила, потому что я весила меньше нее...

Когда я училась в начальной школе, я знать не знала, для чего нужны прокладки. У мамы было стыдно спрашивать, потому решила задать сей вопрос однокласснику. Он с непринуждённым лицом сказал, что это средство для депиляции. Этого слова я тоже не знала. На следующий день он притащил упаковку прокладок в школу и решил мне показать, как они работают. Прилепил четыре штуки себе на голову и начал отдирать вместе с волосами... До сих пор вспоминаю его в критические дни.

В детстве я не хотел есть, и мама придумала маленькую хитрость. Выносила мне еду на улицу, когда я гуляю с другом, и, когда я отказывался есть, она предлагала другу. Тот, естественно, соглашался, и тут во мне просыпалась злобная жадность, и я приступал к поеданию.