Неловкий момент, когда понимаешь, ч...

Дело было в детском саду, было у нас занятие типа "узнать животное по картинке". Всё было хорошо до того момента, пока воспитатель не показал картинку зебры. На тот момент никто из нас не знал, что это она. И тут я, вся из себя такая смелая, поднимаю руку и говорю: "Это конь в колготках!"

Моя тётя в детстве готовилась к полёту на Луну. Она взяла авоську и собрала все самое необходимое: луковицу, пару картофелин и морковку. До поры до времени (до отлёта) авоська лежала у входа в квартиру. Каждый, кто приходил из знакомых, считал нужным спросить: "Что это?" Ему отвечали: "Наша Таня собирается на Луну". Вопросов больше не задавал никто.

Я была полным ребенком, живот выпирал от бабушкиных пирожков. Как-то услышала, что, чтобы убрать живот, надо давать нагрузку. Примерно месяц спала на спине с самой тяжелой энциклопедией на пузе.

В детстве, будучи в гостях у очень обеспеченных родственников, я стащила малюсенького пластмассового слоника. Мое преступление раскрылось в тот же вечер дома, когда слоник предательски выпал из кармана, пока я складывала джинсы. Родители просто озверели, кричали, что их дочь - воровка, обещали отвезти меня к родственникам, чтобы я покаялась и вернула украденное. Я бы вряд ли вспомнила теперь эту историю, но недавно я увидела, как моя мама украла в магазине серебряные сережки.

Когда мне было 15, я впервые поехала в лагерь. Господи, что там только не было. Дети убегали из лагеря по ночам и творили, что вздумается. Но, несмотря на это, это были одни из самых ярких моментов моей юности. Мы купались в море по ночам, танцевали на набережной и влюблялись. Дружили, ссорились, переживали много чего за эти дни. А сколько было громких обещаний и клятв! Сколько было слез в последние дни, сколько улыбок после! Это то, что остаётся на всю жизнь.

Это был первый серьезный поход. Горный Алтай, пятый день. Сбросив наконец-то рюкзаки, разбив лагер и поужинав, мы побрели мыться в ледяной воде. Дров на этой высоте уже не было, а газ нужно было экономить. Ночью по делам я вылез из палатки и застыл – все небо светилось. От края до края пролегла звездная дорога Млечного пути. Таких звезд я никогда не видел в городе. Луна как большой фонарь освещала все вокруг.

Однажды в студенчестве ехала я плацкартом Санкт-Петербург — Мурманск. Познакомилась с попутчиком. Видный мужчина, начитанный, красиво говорит, воспитан. Болтали мы всю дорогу обо всём. Глаза горели. Делились самым сокровенным. Ему выходить, а мне дальше ехать. И пауза. Я смотрю в его глаза и понимаю, что банальное "дай телефон" испортит всю магию момента. Он как мысли прочитал. Не взял номер. Мы тепло попрощались, он ушёл и смотрел с улицы на меня, пока поезд не тронулся. Я уже забыла и имя, и образ мужчины стирается, но магия момента до сих пор жива в памяти.

В детстве была довольно худым ребёнком (меня хорошо кормили). И вот, когда я сильно втягивала живот, у меня очень отчётливо было видно рёбра, особенно два нижних. Я всегда ходила с втянутым животом, т.к думала, что эти рёбра - мои сиськи.

Записалась в маленький спортивный клуб возле дома на фитнес: необходимо было привести тело в норму после родов. Воодушевленная, отправилась на первое занятие, и на входе в клуб столкнулась с толстенькой девушкой. Решила, что пока не дошли до раздевалки, где, возможно, будет тренер, расспросить у неё про занятия, а самое главное — про их эффективность. Спросила, долго ли она ходит и виден ли хоть какой-то результат. О, этот неловкий момент, когда она ответила, что она тренер...

В детстве жила с отчимом и мамой. Жили в маленькой однокомнатной квартире, моё спальное место было огорожено шкафом, а спала я на старом диванчике, который вечно скрипел, пошатывался и вот-вот должен был отжить своё. Его чинили несколько раз, но пришёл момент, когда он совсем отказался выдерживать мой вес и рухнул прямо подо мной спящей посреди ночи. Помню, как я испугалась, хотелось плакать, но я зажала рот руками, боясь разбудить отчима. Сидела, давилась слезами. Шум разбудил только маму, которая прибежала проверить, как я и что случилось. Отчим в тот момент не проснулся, как и потом, — он умер от сердечного приступа в ту ночь. Радовалась, ведь за сломанный диван новых синяков на моем теле не прибавилось.