Работала в агентстве. Пришла клиент...

Я два года была любовницей женатого мужчины. Он был безумно богат, подарил мне квартиру, машину, постоянно давал крупные суммы денег на салоны и одежду, возил на курорты. Много рассказывал о бизнесе, о том, как вести переговоры, как увеличить доходы. Каждый раз часть денег я откладывала. А потом его жена забеременела третьим ребёнком, и он прекратил отношения. А у меня теперь свой бизнес, много денег и абсолютная свобода. И мне ничуть не стыдно, что получила я все это вот таким способом.

Летом после первого класса собрала сына в пришкольный лагерь. Пока собирались, мать моя спросила, куда мы; я ей напомнила, так как до этого уже говорила. Она быстро куда-то смоталась. Нам уже выходить, она влетает домой, выхватывает вещи, закрывает пакет в комнате своей и начинает орать, чтобы я оставила ребёнка в покое, что он ни в какой лагерь не пойдёт. Сын напугался, плачет, она уже ножом передо мной машет, орёт. Тут заходит отец. Пока он её держал, мы убежали. У неё нашли шизофрению.

Бесит, когда муж обижается, если я у него спрашиваю или напоминаю про деньги - покупал подарок начальнику от коллег, не хватало на карте, я добавляла 5 тысяч, и когда спросила, когда он переведет мне их обратно, - искренне обиделся и возмутился, мол, какая я меркантильная. При том, что у нас разный бюджет и как-то странно мне оплачивать даже часть покупок для его работы. И так во всех моментах, касаемо финансов - просил добавить ему на гараж 50 тысяч, ок, без проблем, когда передумал его покупать - оставил деньги себе и возмутился, когда я спросила их обратно или предложила шкаф купить (общие семейные нужды). Это со мной что-то не так? Ведь нормально же спрашивать про свои деньги. А оставлять себе чужие - на мой взгляд, дурной тон, как минимум.

Знакомый дядька работал на крыше и упал с пятого этажа. Выжил, но сломал позвоночник и остался парализованным. И вся семья сразу куда-то рассосалась: жена уехала в другую страну под предлогом заработка, старший сын практически не бывал дома, а младший был в армии. Так он и лежал целыми днями, и рядом с ним всегда была немецкая овчарка. Помогали соседи и соцработник. Благодаря собаке и своей воле, он встал на ноги. Сейчас с виду абсолютно здоровый, а собаку свою любит больше всех.

Знакомая однажды дико забоялась, что если с ней что-то случится (пожар, наводнение, нападение, авария), ее тело будет сложно опознать. Потому она на всех частях тела набила по маленькой своей подписи (по одной на ногах, руках, шее, спине и т. д.), и всем кому только можно показала свою заурядную подпись, дабы ее части тела не спутали с чьими-либо.

Папа с мамой поженились, когда у папа уже был сын - мой сводный брат. С ним у нас разница в два года. Брат всегда жил с нами, но знал, что мама ему не родная. Хотя это никогда не отражалось на его к ней и ко мне отношении. Родная мама брата всегда много работала, этакая "бизнес-леди". Она очень жесткая женщина, но проводила с ним достаточно много времени. Даже раза два в год возила на отдых - летом на море, зимой в горы. Когда я подросла, стала брать и меня с собой, относилась ко мне так же, как и к брату, не делая различий, буквально была для меня второй мамой. И все бы было хорошо, если бы не "секреты", которые нельзя рассказывать маме с папой, и ведь не рассказывали. Только спустя много лет я поняла, какой трындец на самом деле творился. Она была хозяйкой элитного борделя в Питере (может, не самой главной, но тем не менее), так же "поставляла" девочек в Швейцарию и Францию. И разъезжая с ней отдыхать, мы часто бывали в борделях, иногда даже ночью.

Когда была маленькая, мальчики во дворе ко мне приставали. Думаю у всех так было...но я нашла способ от них отделаться. Брала острую палку, цепляла на нее собачью какашку и отпугивала мальчишек этим изобретением, как факелом :)

У моего мужа был друг-одноклассник. Был нашим дружком на свадьбе. К сожалению, по сути своей работы уехал в другую часть страны. Через полтора года мы узнаем новость, что он повесился. А дело было так: со своими коллегами что-то отмечал в кафе. Потихоньку, все разошлись, а он с одним коллегой остался ещё посидеть в баре. Видимо, кто-то заметил, когда они расплачивались, что в портмоне приличная сумма. Выйдя из кафе уже глубокой ночью, за ними увязалась группа парней. Напали, избили и забрали все, что можно. Нет бы уйти, так они стали запинывать. Другу каким-то чудом удалось закатиться в кусты, оттуда он смог как-то добежать до ближайшего отдела полиции и все рассказать. Пьяного, грязного, раздетого и в синяках его приняли за алкаша, ещё и в обезьянник закрыли. Но группу отправили все-равно. Разумеется, никого не нашли, но увидели лежащего на земле человека. Это был тот самый коллега. Вернее, уже его труп. При осмотре места происшествия, кроме всяких вещ. доков, нашли чей-то студенческий. Видимо, один из гопников выронил. Дальше дело техники. Нашли того студента. Он всех сдал. Обнаружили и изъяли и сотки, и вещи избитых, и часть денег. Похороны, следствие, суд. Родня того коллеги обвиняла друга, мол, ты бросил его одного, ты его оставил и убежал. Проклинали его, обзывали трусом, предателем, всякие обидные сообщения присылали. И так все время, пока шло следствие, пока шёл суд. Никакие отговорки, что если бы он остался, то его тоже убили бы, а так он хоть полиции сообщил и те успели найти важную улику - студенческий. А где гарантия, что если бы он не сообщил и его тоже убили бы, потерявший студенческий гопник может раньше обнаружил бы и вернулся за ним. Тогда вообще могли никого не найти. Но все бестолку. Одни проклятия. Даже не убийц так проклинали, сколько этого самого друга. И он не выдержал. Сломался. Повесился.

Работаю хирургом-онкологом в онкодиспансере. Нет ничего хуже, чем видеть, как молодая мама с раком почек, прощаясь с пятилетним сыном, объясняет ему, что её скоро не станет. Нет ничего страшнее этого.

У моей девушки дома были собака, два кота, еж, аквариумные рыбки, змея, хомяк, крыса, попугай. Она жила с ними больше пяти лет. Я сделал ей предложение, когда обо всей этой живности не знал. Она отдала всех пушистых в приют из-за меня. Она ревела, я чувствовал себя погано, но она лишь говорила, что "ты самое дорогое, что у меня есть". Она заботилась о них в приюте, навещала. И вот я сказал ей, что у меня больше нет аллергии. Мы едем забирать ее животных. Кажется, это лучшее, что я когда-либо мог для нее сделать.