Учусь в лётном училище. Видели бы в...

У меня есть подруга. Она шикарная красивая брюнетка со стальным характером. Мы спим периодически, секс с ней супер. Подозреваю, что я не один у нее такой, но допросами не мучаю. Для нее все это несерьезно и считает она себя абсолютной одиночкой. На мои вопросы, чего замуж не выйдет уже или не сойдется с кем, отвечает, что вокруг одни слабаки. Я смеялся с такого женского высокомерия до одного случая. Живем мы с ней в зоне военного конфликта, и вот началась бомбежка и взрывается мой загородный дом, где мы и находились. От грохота и ужаса меня парализовало начисто. Моя подруга моментально выволакивает меня из дома и прячет в подвал. Пока я приходил там в себя и пытался отдышаться, прогремели еще четыре взрыва. После обстрела мы вышли на улицу, меня трясет, а она спокойно курит. Приезжают скорые, мне ставят легкий шок и пару ушибов. Вот тут я и замечаю, как эта супервумен вытаскивает из своей ноги нифиговый такой кусок деревяшки. Медики ее сразу в карету, накладывать швы. Она отказывается от анестезии, говорит, что укол еще кому может понадобиться, ей шьют ногу по живому, после чего она снова закуривает и сообщает, что подустала и поедет домой. Могу сказать теперь только одно - я вообще больше не смеюсь с ее высокомерия и искренне считаю, что единственный достойный ее мужик - это Чак, мать его, Норрис.

В институте одногруппник сдавал предмет. В это время зашёл в кабинет заведующий кафедрой. Услышав, как парень сдаёт, пришёл в ярость от ответа одногруппника и сказал: "Ты сдашь этот предмет только через мой труп". Через четыре месяца он умер, а парень пошёл и сдал этот экзамен.

Когда мы с братом были мелкими, наш папа работал в милиции. На обед приходил домой, а мы-то по папе скучали и хотели с ним поиграть. И играли в преступников: он нас ловил и сажал в тюрьму. Ну а точнее — перепутывал наши руки-ноги, защелкивал в наручники и цеплял к батарее на все время его обеда. И каждый раз мы велись. Чертов гений.

Когда не успеваю побрить ноги, ложусь спать в чулках, чтобы не колоть любимого )

Благодаря лени, ушла из спорт-зала в спортивных трениках (свободных) и колготках. Стою на светофоре — мой троллейбус. Стартанула, как только загорелся зелёный. Бегу-бегу, машу троллейбусу и пассажирам, как вдруг чувствую, под ногами что-то мешается, прям запинаюсь за какую-то хреновину! Ногами её отталкиваю и отчаянно пытаюсь успеть в свой транспорт. Благополучно залетаю в троллейбус и ловлю на себе шокированные взгляды. Опускаю глаза, а я в одних колготках. Этой хреновиной были мои штаны.

При поступлении в 1 класс нужно было сдать своего рода экзамен. Среди заданий было спеть песенку. Так вот я им спел: "Ай-я-я-яй! Убили негра. Ни за что ни про что, суки, замочили!" Когда, спустя 11 лет, туда же поступала моя сестра, она спела: "Тонкий шрам на любимой попе — рваная рана в моей душе!" Думаю, нашу семейку они надолго запомнят))

В детстве попала в аварию. Одна нога меньше и на три сантиметра короче. Юбки никогда не носила, ниже пояса вся в шрамах. И когда в этом году решила пойти на флэшмоб Зомби, ПЕРВЫЙ раз надела юбку. Вот это был грим, самый правдоподобный! Все люди оборачивались! Хоть раз в жизни мне моя инвалидность пригодилась.

Скачал как-то мой отчим на новёхонький телефон приложение, где можно установить таймер, после которого выскочит ужасная рожа с диким звуком. И решил прикольнуться над маленькой сестрой. Как итог этой "гениальной" затеи: орущий в истерике ребёнок и разбитое стекло в новой двери, потому что сестра запульнула в неё телефон; хромой кот с повреждённой лапой, потому что телефон отлетел в него; отлетевший стеклянный осколок в лицо отчима; моя разодранная босая нога, ибо кот, спасаясь бегством, принял мою ногу за пол; мама в истерике, хватающийся за сердце дед, прибежавший из другой комнаты, и разбитый телефон.

В египте перевернулась на квадрике, упала с верблюда, незабываемый отпуск с бинтами на руках и ногах. В домодедово сели, ночь 4 утра. Пока шли до машины, таксист спрашивает - эээй, дорогой, чтё с тобой случилось, ты откуда такая красивый???)) Я рассказала. К машине подошли, он багажник открывает, чемоданы кладёт и говорит - не переживай, красавица, твои приключения закончились. И в этот момент я резко поворачиваюсь, а таксист закрывает багажник и .. я со всей дури получаю в лоб дверью багажника. Накаут...

В истории о ВОВ от бабушки нет ничего такого героического. Она рассказывала, как проводила деда и осталась с четырьмя детьми, мал мала меньше. От голода ели лягушек и траву, она копала окопы в лютый мороз в одних тонких чулках так, что ноги были покрыты коркой льда. Позже чуть не посадили "за расхищение социалистической собственности", а это были колоски, оставшиеся на поле после сбора зерна. И ничего в этом нет особенного, кроме разве того, что жили так тогда сотни, сотни тысяч.