В начале 90-х я была голодной, но ж...

В детстве отправляли меня в лагерь на лето. В этом лагере мой дедушка был сторожем и жил у себя в доме. Вдоль забора у него росла вишня, которая переваливалась на территорию самого лагеря, где дети бегают. И все дети знали, что вишню трогать нельзя! А я первый год отдыхала, знала же, что это дедушкина вишня и стояла, ела её спокойно. Все дети проходили мимо, пялились, вожатые подбегали отгоняли меня. Видели бы вы лица всех, когда дедуля вышел, посадил меня на плечи и сказал, что я хозяйка этой вишни!))

У меня несколько предвзятое отношение к детдомовцам. Мне было 11, когда меня первый раз отправили в лагерь. И на смену я попала с детдомом, "домашних" было всего ничего. Меня гнобили за то, что у меня есть родители, портили вещи, через 4 дня пребывания загнали на дерево, где я провела сутки. Не слезала уже сама, пока не вызвонили маму и она меня не увезла оттуда.

Работаю с детьми. И однажды в лагере нашему медработнику на просьбу застелить за собой кровать мальчишка 7 лет ответил: "Я приехал сюда отдыхать, а не кровать застилать! Мои родители заплатили деньги. Сейчас позвоню им, и вы останетесь без зарплаты! Так что выйдете из комнаты!"

В 8 лет родители отправили меня в летний лагерь. На ночь детские спальни вожатая (ворчливая женщина) запирала на ключ. Многих это крайне возмущало, так как приходилось терпеть до утра, если вдруг приспичивало (я частенько мочился в кровать). Одним прекрасным утром просыпаемся с витающим в воздухе душком каках. Кто-то навалил кучку прямо под дверью, а вожатая как раз и угадила в неё шлёпонцем. Виновник себя не выдал. Мысленно благадарю того героя, который противостоял тиракту "закрытых дверей".

Всё детство родители много работали, бабушкам и дедушкам было не до меня. Для летних лагерей ещё маленькая, но дабы не была беспризорницей и не слонялась во дворе всё лето, папа брал меня с собой в рейсы (он перевозил грузы на дальние расстояния). Мы весело проводили с папой время, он покупал мне всё, что я хотела, а, пока он отдыхал, я тихонечко убиралась в кабине, мультики смотрела или рисовала. Мы вместе объездили немало городов, много чего посмотрели, и для меня это было лучшее время.

В детстве были с сестрой в студенческом лагере на море (родители там работали). Купались и мешались под ногами у взрослых. Начитавшись детских детективов, решили следить за выпивающим культоргом, похожим на Укупника. Он стеснялся пить при нас и везде от нас скрывался. Мы его порядком достали, и однажды он исчез. Целый день его искали, пока не узнали, что он высоко в горах, в кемпинге, в полутора часах от лагеря. Его лицо, когда мы вышли из кустов с фразой: "Котеночкин, хватит пить!" — я не забуду никогда.

Мне было 13, и я была в лагере, который находился в лесу. Однажды поссорилась с девочкой, которая считала меня близкой подругой, и она расстроенная убежала куда-то. Я решила, что помирюсь с ней, когда она вернется. Она не вернулась. Кто-то из детей увидел, как она перелезает через забор, ограждающий лагерь, и забил тревогу. Я помню полицию и ее заплаканных родителей. И что окрестности вокруг долго и упорно прочесывали. Ни единого ее следа. Стараюсь об этом не вспоминать, иногда виню себя.

Мне было 12 лет, родители отправили на лето в лагерь. В небольшом лесу на территории познакомился с девочкой, мы иногда гуляли вместе, общались. Виделись всегда только в лесу. В день отъезда побежал в её отряд, чтобы попрощаться. Вожатые и ребята смотрели на меня в недоумении — девочки с таким именем у них не было. Один пацан рассказал, что пару лет назад маньяк из соседнего села убил девочку на территории лагеря. Он описал девочку, с которой я гулял — у неё на лице даже был тот же шрам.

В детстве с родителями часто играли в карты от обычного дурака до разных преферансов. Поехали мы с подружкой в языковой лагерь, оказались там самыми мелкими. Как-то она прибегает в слезах и говорит, что проиграла старшим мальчишкам все игрушечные «лагерные» деньги. Пошла я отыгрывать, азарт был нереальный, что можно не только родителей обыграть. Обула всех, забрала куш и ушла. Больше на деньги в карты никогда не играла.

Моя бабушка - несовершеннолетний узник концлагеря. Ее борьба началась почти с самого начала жизни. в 4 года она оказалась в плену, в концлагере, и родителей больше никогда не видела. Кормили их в основном водой и опилками. изредка давали что-нибудь съедобное. И был в лагере немецкий солдат, который в свое дежурство приносил детям корки черного хлеба. Приносил и рыдал. к сожалению, при освобождении лагеря его убили, как и остальных фашистов. Вероятнее всего свои же и расстреляли.