Встречалась в юности с парнем, проф...

Работаю мастером по тату и пирсингу. Сегодня колола уши парню молодому - он на инвалидной коляске. Шутил, улыбался, с девушкой приехал еще и сам за рулем, полной жизнью живет. А мне 23, я молодая красивая, но вечно недовольна жизнью. Пообщавшись с ним поняла, что из нас двоих единственный инвалид - это я.

Пошла в туалет в торговом центре, там было не очень чисто, поэтому залезла на унитаз с ногами. Начала слазить, неловко наклонилась, соскользнула и разбила нос об дверь.

Поздно ночью возвращались с подругой домой и понадобилось нам зайти в магазин. Проходим мимо полок с прокладками и видим как перед ними сидит неподвижно на корточках какой-то парень. Решили что пьяный или укуренный. Минут через 5 проходим снова - он все сидит. Вдруг резко поднимает голову и с тоской в голосе говорит глядя на нас "Она сказала четыре капли и крылышки. Это что бл*ть вообще?!"

Ненавижу мыть кухонную плиту! Даже унитаз мыть приятнее. Весь день у меня уходит, чтобы отмыть этот чертов жир. Вонючий, липкий жир, который въелся в каждую неровность, который обляпал всё вокруг. Содрогаюсь, когда отодвигаю плиту. Ужас, что под ней! Вооружаюсь тряпками, ножом, гелями, пастами и, проклиная всё, оттираю, оцарапываю эту мерзость. А отмыть ручки чего стоит. Перчатки не спасают, как-то всё попадает на руки и разъедает кожу. Да, надо чаще мыть, не запускать. Но ненавижу!

В детстве у меня были две белые крысы. Когда они подросли, я ставил на них эксперименты, иногда забывал покормить, выкидывал на тридцатиградусный холод, травил их ядами. Однажды ночью они, отогнув оторвавшийся снизу прутик клетки, вышли в комнату, и утром я проснулся оттого, что одна из них лизала мне нос, а, когда увидела, что я открыл глаза, легла мне в руку и заснула. После этого я чувствовал себя последним уродом. Они-то меня любили, оказывается.

В первом классе я описалась, стоя у доски. Учительница рассказывает тему, задаёт вопрос, я поднимаю руку, но не для того, чтобы ответить, а отпроситься в туалет. А перед этим двое уже отпрашивались, когда она что-то спрашивала. И стало мне как-то неловко, иду к доске, рассказываю, а писать хочется — жуть. Ну, думаю, ссыкну чуток, чтоб не лопнуть, по ногам потечет, никто не увидит. Но не тут-то было. Потекло на пол... Никто не гнобил потом.

Сидели в одной комнате с другом, я максимально незаметно достаю из сумки прокладку ещё не распечатанную. Хотела в туалет, но друг замечает её у меня в руке и начинает биться в истерике с криками: "А-а-а, убери эту дрянь!" Как оказалось, с самого детства его мама и сестра меняют использованные прокладки в комнате при нём. Разговоры не помогли.

Бывший пригласил в сауну на день рождения нашего общего знакомого. На личном пока разлад, ну, я и поехала. В итоге продолжение после сауны у меня дома. Без выпивки не обошлось, естественно. Просыпаюсь оттого, что за руку кто-то теребит. Рядом бывший спит, одетые оба — Господь отвёл от греха. А это милый мой мириться приехал. Меня в халате босиком в охапку на плечо и в машину. МОЛЧА! Стало стыдно. Зауважала ещё больше.

мой парень сфотографировал мою попу в трусиках и поставил себе на заставку телефона. я скромная и приличная девушка, но тааак приятно если честно.

Познакомился с девушкой, у нас начались отношения, и в один прекрасный день ей поставили диагноз "лейкемия". Мы встречались ещё не так долго, и она сказала, что поймёт, если я уйду и не захочу переживать с ней всё это. Врачи подливали масла в огонь, говоря, что ничего не поможет, что они бессильны, но я твёрдо решил быть с ней, что бы не случилось. Я пережил вместе с ней и ужасные курсы химиотерапии, и ночные судороги, и бесконечные слёзы. Она постоянно гнала меня, не разговаривала со мной, пыталась отвергнуть любыми способами, но я не сдавался. Она худела, теряла волосы, много спала, нервничала, психовала. Я был неким громоотводом, она отрывалась на мне по полной. Полтора года спустя болезнь начала отступать, и все прогнозы врачей оказались ложными. Она выжила, и я отдал бы всё, чтобы постоянно видеть эту её счастливую улыбку, когда наш врач сказал, что всё ужасное позади, я отдал бы всё, чтобы она снова так крепко держала меня за руку, чтобы она снова обняла меня так сильно, что я не мог вздохнуть. Ещё полгода ушло на реабилитацию. Я всё время был с ней. Мои родители недоумевали, но не лезли с нравоучениями. Я поменял много работ, но сейчас всё же нашёл своё место. Жизнь сначала дала нам обоим неслабый пинок под зад, а потом подарила нереальное счастье. Через две недели женюсь на самой прекрасной девушке на свете.