Заметил, что старею, по сообщениям ...

Мой отец считает главным наказанием - порка. Когда мне исполнилось 15, согласился наконец с тем, что я уже слишком взрослая для таких наказаний. Сейчас мне 21 и мы с моим молодым человеком регулярно практикуем БДСМ. Как правило в качестве нижней я. Недавно отец решил, что я очень неправа и по привычке схватил ремень. Плакала как маленькая потому что жутко боялась, что заметит как я завелась.

Мы с молодым человеком котенка взяли на птичьем рынке. К врачу сводили, почти всё нормально с кисой. Позвали родственников в гости показать кошку, дали всем потискать, все счастливы. Финал логичен: у родственников лишай, у меня лишай, молодой человек в больнице с лишаем, при чём наша с ним болезнь в ужасном проявлении, нас обоих врачи фотографировали, чтобы студентам потом показывать. Говорят, даже у бомжей не так всё плохо. В аду гореть горе-ветеринару, которая болезнь не заметила.

Когда мне было лет десять, ездила к бабушке в небольшой город на всё лето. Тогда уже были популярны ВК, компьютерные игры и так далее, но компьютеры в том городе только в интернет-кафе были. Пришли мы с подругой туда: небольшая комната, три стола слева, три — справа и один, самый шикарный комп, стоял чётко экраном ко входу. За ним сидел парень лет 19 и смотрел порно без наушников. Просто сидел и на полной громкости смотрел порно в интернет-кафе.

У нас с братом три года разницы. В детстве его любимой игрой было меня подразнить, а мне нравилось строить ему мелкие пакости. На самом деле мы были близки и такие отношения были частью игры. К сожалению, родители так не думали, поэтому за ссоры и стычки нас стали наказывать, чаще всего поркой. Видимо думали, что ремень сблизит нас с ним. У мужа с сестрой такая же разница. Они также воевали и строили козни друг другу в детстве. Только их родители никогда ни во что не вмешивались, их позиция была - разбирайтесь сами. И что мы имеем сейчас? Муж за сестру порвет любого, она отдаст ему последнюю рубашку. А вот мы с братом чужие люди. А родители не перестают удивляться как же так получилось, они же приложили столько усилий, чтобы нас подружить.

Осознала, что в то время, как мы с подругой переписываемся в соц. сетях на тему бизнеса, старт-апов, новостей, пересылаем друг другу интересные статьи, мой двадцатисемилетний муж и его друзья по мужскому чату пересылают пуки записанные на диктофон...

На съёмной квартире, где жили с бывшим, был старый телик без пульта. Включен он был через несколько удлинителей в розетку за диваном, на котором мы спали. Лежим как-то ночью, молодой человек мне говорит: "Встань, выключи телевизор, пожалуйста". Вставать было в лом, говорю ок, просовываю руку за диван и выдёргиваю шнур. Тут молодой человек подскакивает и орет: "Как?! Как ты это сделала?!" Ну, я и сказала, что ведьма в третьем поколении и у меня дар. Он спрашивает: "А включить можешь?" Я говорю, могу, и втыкаю шнур обратно. Довела мужика до истерики)

Отец умер от рака 5 лет назад. Мама после его смерти решила переехать ближе к морю, потому что в родном городе всё напоминает об отце; мы, дети, уже взрослые. Её ничего не держит. Она переехала на побережье, и теперь вся родня, все друзья вдруг резко вспомнили о маме, и теперь просятся на халяву пожить у неё. Вопрос: где же вы раньше были, когда мы от горя чуть не сдохли?

Мой дедушка был нейрохирургом, но по иронии судьбы ему самому пришлось перенести сложную операцию на мозге. Решаясь на повторную операцию, он знал, что она будет безнадёжна. В операционную он заходил не только, как пациент, но и как врач: он предварительно подготовил набор тех лекарств, которые могут понадобиться бабушке, когда к ней выйдет хирург и молча разведёт руками. Это она обнаружила уже после его смерти.

В истории о ВОВ от бабушки нет ничего такого героического. Она рассказывала, как проводила деда и осталась с четырьмя детьми, мал мала меньше. От голода ели лягушек и траву, она копала окопы в лютый мороз в одних тонких чулках так, что ноги были покрыты коркой льда. Позже чуть не посадили "за расхищение социалистической собственности", а это были колоски, оставшиеся на поле после сбора зерна. И ничего в этом нет особенного, кроме разве того, что жили так тогда сотни, сотни тысяч.