Хирург. Недавно вернулась из Африки...

Живу у своего молодого человека. Где-то подцепила ротавирус, накрыло неожиданно и мощно, ощущения незабываемые. Ночь у толчка, температура, обезвоживание. Он дежурил возле меня, поддерживал. Чтобы как-то скрасить обстановку, ставили по 50 рублей на то, откуда у меня польётся в очередной раз, то бишь диарея будет или рвота. Наверно, мы конченые. Зато нам никогда не бывает скучно.

Девушка, работаю хирургом. Каждый день зашиваю порезы от бритья яиц и вскрываю гнойники от частого бритья там же. Мужики не брейте яйца, пожалуйста.

Еще в школе я наглядно увидела разницу между уверенным и неуверенным в себе человеком. Двое мужчин-учителей на всю школу: физрук и физик. Первый — здоровенный детина, при любом удобном и неудобном случае унижающий учеников, позволяющий себе оскорбительные высказывания в сторону девочек и заискивающий перед "крутыми". Сплетничали, что от него ушла жена к более успешному, а он даже захудалое ПТУ не осилил. И физик — невысокий, худощавый, в очках, лет, наверно, 40. Уважительно обращался ко всем ученикам на "вы", что поначалу вгоняло нас в некий ступор, одним взглядом мог успокоить разбушевавшихся мальчишек. Как рассказывали, в молодости был боксером-любителем. Счастливо женат, два сына, старший мой ровесник, учился в параллельном классе.

Я привыкла, что люди не все воспитаны и из соседей на приветствия отвечают лишь бабушки. Но хамство, понты.. Сегодня захожу во двор (закрытый, с калиткой на код замке), навстречу идут соседи, я учтиво не грохочу калиткой, оставляю открытой. А мужик мне в след: "закрывать надо за собой!" Я: "вы же выходите", он: "а я сам открою!" Так вот, распальцованный, у нормальных людей принято оставлять дверь открытой выходящим, придерживать для стариков и мам с колясками, но тебе я хлопну в следующий раз перед мордой!

Работаю няней у очень богатых людей. Летом они живут на огромной яхте. И кормят французской кухней. Работа посменная: 3 недели у них на Сейшелах, 3 недели — дома. На родине впадаю в депрессию, хочется поскорее на лазурный берег, где потолки высотой с мой дом. Последнее время не покидает ощущение, что живу чужой жизнью. Хочу уволиться, но не могу — зависимость от этой красивой жизни.

1933 год, в нашей деревне много людей умерло от голода. Моя бабулька тоже была еле жива. К ней заехал мужичек с тележкой, который отвозил трупы на кладбище, работал за кусок хлеба. Грузит бабку на тележку а та ему: — Я ж ищэ жива! — Ничого, поки довеэзу, дойдэш. Выгрузил ее в яму с трупами, но она как-то выбралась оттуда, пережила то тяжелое время и мужичка того тоже.

Случайно узнала, что у мужа моей сестры ребёнок от другой женщины. Он родился прошлой осенью, то есть минимум год муж изменяет сестре. Разрываюсь между желанием рассказать ей или молчать в тряпочку. Отношения их с мужем не очень хорошие, они живут каждый своей жизнью, общие дети их не сблизили, мужу они неинтересны и не нужны. Не знаю, как общаться с сестрой, она очень мягкий, милый человек, боюсь проболтаться ей случайно.

Работаю пластическим хирургом. Каждый день вкачиваю силикон девушкам, которые хотят больше нравятся мужчинам посредством больших форм. А дома у меня жена с размером, как у школьницы. Люблю ее безумно.

Еду в поезде, солнышко, бесконечное зеленое поле и целая стая белых гусей вдали. — Невероятно красиво! — говорю я. — И как они умудряются уследить за всеми… — Да они не очень-то бойкие, — говорит мне попутчик, чье зрение явно лучше моего. Это было кладбище: белые могильные плиты.

Мне очень сильно нравятся чулки. Вся полка шкафа забита разнообразными чулочками, но моя проблема в том, что из-за комплекса лишнего веса я не показываюсь в них на людях. Надеваю их на ночь и так сплю, или жду, пока останусь в квартире одна, а потом вся счастливая расхаживаю в чулках по дому. Мне это реально нравится, только вот побороть комплексы никак не могу.