Когда была мелкой родители запрещал...

Меня пригласили на собеседование в другой город. По дороге у нас сломался автобус, и мы три часа простояли в поле. Потом приехал за нами другой автобус и ехал он со скоростью 40 км/час. На санитарной остановке, выходя из автобуса, я упала плашмя в глубокую лужу. Порвала колготки, сломала три ногтя и испачкала пуховик и юбку. Разрыдалась, а потом решила: что же это я? Триста километров проехала и вот так сдамся?! Нет, всё равно поеду на собеседование! Прошла. Вот уже как десять лет работаю директором.

Когда я родилась, буквально через день, папа нашёл щенка в коробке, ему была неделя. Забрал. Так и росли мы с Сэмом вместе, он стал красивым золотистым ретривером. Мы были бандой! Порой, я бросала ради него все, а он в ответ встречал со школы и провожал в неё, рычал на родителей, если они начинали ругать. Мне уже 19, Сэм болел сильно, и однажды он принёс щенка, непонятно откуда! Оказался копией моего. Сэм научил малыша всему, что знал, и умер. Он оставил мне часть себя. А я пытаюсь жить дальше...

Начал плохо себя чувствовать, не так чтобы крандец, но и жить, и работать тяжко. Пошёл в поликлинику, очередь – уух! Сел, 2 часа очередь не двигается, то медсестра приведёт кого, то просто спросить. Начал закипать, бунтарить и чудо – меня позвал врач. Выслушал, дал рецепт и отпустил. Он прописал мне успокоительное))))... Когда вечером меня увозила скорая с внутренним кровотечением, мне в принципе всё пофигу было.

Бесит, когда разговаривают по телефону в соседней кабинке общественного туалета. Стараюсь журчать как можно громче. И взбзднуть посильней, чтобы на том конце провода услышали, как для человека важен разговор, что, даже справляя нужду, он не прерывается ни на секунду.

В детстве все мои желания пресекались родителями. Балет - ноги будут страшные, скрипка - будешь соседям мешать, пение - у тебя голоса нет, бокс - не нужен он тебе и так со всем. В 18 лет я записалась на бокс. Потом айкидо, рисование. На 19 лет купила себе скрипку, ходила в музыкальную школу, чтобы поставить голос и играть на скрипке. В 20 пошла учиться танцам, параллельно углубляясь в химию и биологию. Написала свою первую книгу. Обидно, что родители думают, что это их заслуги.

Когда мне было лет 13-14, жили очень бедно. Я всегда завидовала, когда дети приезжали после летних каникул из лагерей и рассказывали на уроках про свой отдых. Но у моих родителей на это денег не было. И вот мы целый год, по копеечке откладывали на лагерь. И второго сентября я бежала в школу рассказать об этом. И вот классная спрашивает: "кто как провёл лето" и один мальчик начал рассказывать, как он летал в Америку. Других учитель слушать не захотел, потому что лучше не бывает. Помню, как я долго рыдала....

У моей жены раздвоение личности. Когда она уходит из дома, на пороге появляется некая Рокси – распутная до безобразия, в чулках и прокуренным голосом требующая предоплаты за час вперёд. Доиграв до конца роль прожжённой куртизанки, она молча уходит. Я, как клиент, безусловно удовлетворён, но всё-таки жену люблю больше))

В школе дружила с девочкой. Как-то угостили меня ее родители грибами, мол, сами собирали. Я принесла их домой. Маме они не понравились и она их выбросила. Через несколько лет к моей маме пришла в гости ее мама. И рассказала, что те грибы, которыми они меня угостили, они решили проверить на мне: если я не отравлюсь, в школу приду, то грибы неядовитые. На тот момент ее уже взрослая дочь сошла с ума после комы, вызванной отравлением грибами.

Всегда была пай девочкой. Однажды в 5 классе решила впервые прогулять школу. Утром вышла как обычно и до часов 12 проездила в автобусах с конечной до конечной. По приходу домой застала отца плачущим навзрыд. Оказалось позвонила классная и сообщила, что я не пришла в школу. Папа тогда в органах работал, повидал как детей крадут и у него случилась истерика. На уши поднял всех, родственников, школу, больницы, морги, полицию. Тогда то у него и появились первые седые волосы. Больше школу не прогуливала

Через открытое окно слышал, как соседские девочки (видимо, начали английский в школе проходить) громко командовали своей овчарке: "Sit down! Sit down!" Через несколько минут они пожаловались своему папе, что пёс не понимает по-английски, на что тот ответил: "Ну, так правильно, это же немецкая овчарка!" Девочки сразу же побежали и посмотрели, как по-немецки будет "сидеть" и следующие полчаса я слушал: "Пёс! Sitzen!"