Лет в 17 была в Египте и на экскурс...

У меня какой-то "короткий" мочевой канал и, если возникает нужда, долго не могу терпеть, писаюсь немного. Врачи разводят руками. У меня большая машина, на пожарный случай сзади держу стаканы из Мака или пластиковые для пива. В них удобно писать. Однажды договорилась встретиться с подругой, приехала раньше и решила заехать на мойку. Получив машину обратно, осматриваю коврики и замечаю сзади стакан с мочой, оставленный накануне по дороге с дачи. Было неописуемо стыдно((

В детстве, когда нам было лет десять, мы были в детском лагере, и была у нас игра «Что бы ты сделал, если бы на час оказался волшебником и мог наколдовать, что угодно?». Я сказала, что вылечила бы свою тётю от рака. Все дети сильно смеялись. Так не по себе мне не было никогда.

Еду в маршрутке, на соседнем сидении дедушка лет 70. Дедок начинает на ровном месте рассказывать истории из своей жизни. Я его слушала, кивала в согласии, когда нужно. Заметила, что некоторые пассажиры на меня оборачиваются и улыбаются с сочувствием. А одна женщина прошептала другой: "Вот он присел ей на уши!". Дедушка этого не слышал, а мне так обидно стало. Ну не убудет с меня, если я его выслушаю. Может, он одинок, и ему на старости лет поговорить даже не с кем.

Лежала в больнице в двухместной палате. Я с годовалым сыном и семилетний мальчик. С виду обычный. Первый день проявлял интерес к новым постояльцам. Активно помогал с малышом. Во второй день стал шуметь, залазить на подоконник, говорить матные слова. Но, что больше всего меня удивило, когда я предупредила, что за маты бью по губам и побила, он смеялся. И по попе била он смеялся. Я поняла, что ему не хватает внимания. Мама к нему приходила. Быдловатая женщина в спортивном костюме. Она приносила ребенку чистую одежду, соки, и прочее. Мне показалось, что ее забота наиграна, но я решила, что какая-никакая но она мать. И это не мое дело. За день до выписки, мальчик сказал, что не хочет выздоравливать, а хочет болеть вместе с нами. Оказалось, что после больницы он возвращается в приют. Мама навещает его по заявлению. Решается вопрос о лишении родительских прав, потому что мать два раза ткнула в отца ножом. Не смертельно, но на ноге у папы шрамы... К слову, ребенок смышленый. Читала ему сказки, досчитали вдвоем до 129, я подсказывала. Мы жили вместе 6 дней, и к пятому дню он сознательно помогал, не потому что я взрослая, а потому что мы были на равных. Он подавал мне памперсы а я подавала ему книжки и телефон, он ставил тарелки на стол, а я уносила их. Мы стали одной командой. Я даже скачала для него песню, с его слов "Стаса Михайловича - мы падаем на землю вместе мы" и слушали ее, хоть я терпеть не могу шансон. Но стоило увидеть как он улыбается и подпевает, и мне уже было все равно. Эта была история про то, что можно дарить любовь и внимание даже чужим детям, чтобы их хмурый мир стал чуть светлее.

У меня есть подруга. Она шикарная красивая брюнетка со стальным характером. Мы спим периодически, секс с ней супер. Подозреваю, что я не один у нее такой, но допросами не мучаю. Для нее все это несерьезно и считает она себя абсолютной одиночкой. На мои вопросы, чего замуж не выйдет уже или не сойдется с кем, отвечает, что вокруг одни слабаки. Я смеялся с такого женского высокомерия до одного случая. Живем мы с ней в зоне военного конфликта, и вот началась бомбежка и взрывается мой загородный дом, где мы и находились. От грохота и ужаса меня парализовало начисто. Моя подруга моментально выволакивает меня из дома и прячет в подвал. Пока я приходил там в себя и пытался отдышаться, прогремели еще четыре взрыва. После обстрела мы вышли на улицу, меня трясет, а она спокойно курит. Приезжают скорые, мне ставят легкий шок и пару ушибов. Вот тут я и замечаю, как эта супервумен вытаскивает из своей ноги нифиговый такой кусок деревяшки. Медики ее сразу в карету, накладывать швы. Она отказывается от анестезии, говорит, что укол еще кому может понадобиться, ей шьют ногу по живому, после чего она снова закуривает и сообщает, что подустала и поедет домой. Могу сказать теперь только одно - я вообще больше не смеюсь с ее высокомерия и искренне считаю, что единственный достойный ее мужик - это Чак, мать его, Норрис.

Говорят, наш организм может нас о чём-то предупреждать. У меня был бывший, который из года в год меня бросал, а потом просился назад, и я его принимала. Казалось, этому не будет конца, всё как в первый раз, я была тряпкой, ничему меня жизнь не учила. Спустя время после очередного расставания бывший стал писать мне вновь, а у меня в это время стал всегда открываться дичайший понос и тошнота, что аж нельзя обойтись без лекарств. Спасибо, намёк поняла.

В детстве каждое лето проводила в деревне. Лет в 10 мы стащили у деда подруги майку и сшили из неё себе стринги и лифчик. Были так счастливы, что ходили так по деревне весь день. Потом дед нас гонял по лугу.

Бесят беспардонные люди. Моя мама занимается вязанием, и связала мне прекрасного Влада Летучую Мышь (копию оригинальной игрушки), знает, как я люблю такие мрачные штуки. Я похвасталась Владом подруге и ее парню, когда пришла к ним в гости. Парню очень понравилась игрушка, и он попросил подарить. А я не могу, ведь это мамин подарок! Пообещала ему, что мама свяжет ему такую же. Пообещала и убрала игрушку в сумку, прихожу домой - ее нет. Перезвонила подруге, мол, не у тебя ли я ее оставила. А она мне заявила, что мама мне свяжет лучше, ведь первый блин всегда комом, а эту они со своим парнем РЕШИЛИ оставить себе! Вот такие взрослые, отбирают друг у друга игрушечных мышей. Но какова наглость!

Было мне лет четырнадцать. Иду к бабуле, ни о чем не думаю, как вдруг мою ногу оплетает нечто. Ну все, думаю, — змея! Бегу, что есть мочи, а она не отцепится никак... А потом смотрю — это плёнка кассетная вокруг валенка обвилась. Вот так и бежала я холодной уральской зимой, в метель, в валенках от "змеи".

У меня маленькая грудь. Неполный первый, так ещё и соски разного размера. В юности дико комплексовала, а с первым партнёром никогда не обнажалась полностью. Но когда решилась - не пожалела. Он не любил меня, но мою грудь - ещё как! Зацеловывал, гладил и боготворил. И ни один (ни один!) из последующих парней не обмолвился, и даже не намекнул, ни словом, ни действием, что она некрасива.