Лежала в больнице с ребенком. Одной...

Мне было лет 12, приехала в лагерь. Одна девочка из новых знакомых сказала, мол, надо же, у тебя много веснушек, а я ответила, что у меня папа рыжий. Девочка оказалась болтушкой, через неделю весь лагерь знал, что мой папа — "тот самый Рыжий из «Иванушек»", и он нехороший человек, во всех интервью говорит только про сыновей, а о дочери и не упоминает! То, что у меня совсем другая фамилия и отчество Владимировна никого почему-то не смущало. И только когда на родительский день ко мне приехал папа, все внезапно догадались, что бывают и другие рыжие мужчины.

В школьном летнем лагере после 4го класса мальчишки докучали меня прозвищами "барби" и "бармен", которые созвучны с моей фамилией. После очередного дня с такими "обзывательствами", я пожаловалась на это маме, на что она дала мне просто космический совет: "Скажи им - хоть горшком назови, только в печку не ставь!". Я послушала её совет и на следующий день, после очередного оклика "эй барбиии", дословно всё повторила. Угадайте, как меня называли до конца лагеря? Спасибо, мам(

Приехав в лагерь в 2008 году, познакомилась с девочкой и её родителями. Девочка очень стеснительная, а вот её мама оказалась разговорчивая, решила сама представить нам свою дочь. Её звали Лада, а фамилия — Жигулина. Папа оказался ярым фанатом отечественных автомобилей. Девочка сразу всем запоминалась.

Сидел как-то с сыном в очереди в больнице за справкой в лагерь, перед нами были бабушка и внук лет так 9-10. Малец крутится возле нее, ноет, тип быстрей в лагерь хочет, дома скучно, в школе много задают и вот спрашивает бабушку, мол, а ты в детстве тоже свой лагерь любила? Бабушка так вздохнула и говорит: "В моем детстве другие лагеря были. Туда никто не хотел, и мало кто возвращался".

В подростковом возрасте впервые напился пива зимой. Гордый, шёл домой — выпил аж два литра и чувствую себя трезвым, мужик! Пришёл домой, сел ужинать. Сестра впервые приготовила ужин, довольная такая, всем добавки предлагает. А я начал отогреваться и пьянеть, причём стремительно. Тем временем все обсуждают еду, и папа решил шуткануть типа: "Авось не отравимся". И в этот момент мне уже конкретно поплохело, начало рвать, а потом понос… Не спалили, но сестра до сих пор злится((

Возвращаюсь домой, полночь, дорога через кусты. Впереди мужик, думаю достану телефон типа проверить, чтобы отстать от него. Стою копашусь, и он тоже стоит. Я говорю: "Вы меня ждете?". Он отвечает: "Да, девушка, проходите уже скорее я по нужде сюда зашел". Пулей проскочила, пописать нормально не дала))

у меня классическое кольцо с бриллиантом. периодически рву им колготки. ехала сегодня в автобусе, на руках у мужчины сидит девочка лет пяти. и она на весь пазик говорит "смотри пап, тетя пьяная, у нее колготки порваны!" а я еще в солнечных очках как назло, типа глазища пьяные скрываю(. весь автобус оглянулся. вышла на следующей остановке, пошла за колготками. спасибо добрая продавщица, которая разрешила переодеться за прилавком)))

Мне 21 год. Как-то на одной из вечеринок, мой друг принес настойку на травах, которую готовила его бабушка. Народу было человек 30, но среди этих 30 человек была та единственная, которая мне нравилась. Когда вся выпивка закончилась, мы перешли к настойке. На следующее утро я проснулся от жуткой вони в инфекционном отделении больницы. Как оказалось, восемь человек из 30, пивших эту настойку, с тяжелым отравлением и жутким поносом доставили в больницу. По фантастическому стечению обстоятельств та девочка Аня оказалась на соседней больничной койке со мной. Там мы и познакомились. Живем с ней уже больше полугода, задумываюсь сделать ей предложение. Спасибо другу, настойке и поносу.

Меня бесит моя жадность. Ненавижу делиться! С ума схожу, когда просят что то попробовать/откусить/отпить. И не откажешь ведь, вроде мелочь какая:кусок шоколадки, горстка семечек, и получается что приходится делится, улыбаюсь, а в глазах ужас! поэтому все вкусняхи всегда прячу и ем в одиночестве.

С ужасом помню, как в детстве подхватила ротавирус в детском лагере. Положили меня в палату и заперли ее на ключ. А в палате было лишь одно ведро. Я умоляла дать мне второе, но меня игнорировали, хотя меня одновременно поносило и рвало. Приходилось или заблёвывать пол, или засирать жидким поносом. Раскорячиться, чтобы попасть обеими дырками, не могла. И медсестра приходила только раз в день, чтобы дать ужин, а потом от души дать мне тряпкой по спине или лицу, "засранке".